Читаем Гордеев А полностью

Главным воеводой царских войск был татарский князь Урусов. Царских войск было 100 000, у Болотникова — 20 000. Болотников предпочитал иметь дело со вторым самозванцем, нежели с царевичем терских казаков, Петром, и послал в Польшу посыльных для розыска самозванца. Войско также требовало спасшегося Димитрии, а Шаховского как интригана посадили под надзор. Но в московском лагере тоже начались неурядицы. Князь Урусов отделился от Шуйского и со своими мурзами ушел в Крым. В войске нашелся, однако, хитродеец, родом ив Мурома и предложил Шуйскому затопить Тулу. Шуйский обрадовался и обещал его наградить. Муромец построил через р. Упу плот и приказал наполнять его землей, наполненный он пошел на дно, перегородил течение реки и вода пошла по улицам города. Мятежники сдались на обещание Шуйского всех помиловать.

Обещании Шуйский не выполнил. Болотников и атаман Нагиба, состоявший первым лицом при царевиче, были отправлены в Каргополь, где в скором времени их уничтожили. Шаховский был отправлен на Кубенское озеро, все пленные подвергались страшной расправе: их бросали в реки. Самозванный царевич Петр был повешен в Москве. На все окраины государства были посланы карательные отряды и с населением тоже производились расправы, все крестьянство было закрепощено. Окончание этого периода Смутного Времени характерно полным господством боярства и его насилием. Однако, Смута на этом не кончилась. Она продолжалась, приняв новые формы.

ВТОРОЙ ЛЖЕДМИТРИЙ, ИЛИ ТУШИНСКИЙ ВОР, И ПРОДОЛЖЕНИЕ СМУТЫ

На юге появился второй Лжедимитрий, и под его знамена потянулись все средние классы против боярства и в борьбу вступают полностью донские казаки. Шуйский был ненавидим всей страной. После победы над Болотниковым, он женился на молодой княжне, наслаждался семейной жизнью и не думал о государственных делах. Личность второго Лжедимитрия еще менее известна, нежели первого. По сведениям иезуитов, он был крещеный еврей и при первом Лжедимитрий состоял в качестве составителя писем на русском языке. Он убежал после смерти первого Лжедимитрия и скрывался в Киеве у какого-то протопопа, но провинился и был изгнан из дому. Деятельшюсть его началась в Стародубе. Первым признал его Заруцкий. Он признал в нем спасшегося царевича Димитрия и затем был признан польскими воеводами и гетманом Маховецким, Вацлавским и Тышкевичем. Затем к Лжедимитрию явились воеводы Хмелевский и Адам Вишневецкий.

В начинавшемся движении приняли участие поляки. После внутренних беспорядков, или «рокоша» в Польше оказалось много лиц под угрозой мести короля и они направились на московские земли. Главным претендентом на московские земли был Роман Рожинский, но у него находилось не больше 4 тыс. войска. С этими частями Рожинский подошел к Орлу, где соединился с отрядом Маховецкого и был избран гетманом. К нему прибыли 3 тыс. запорожцев. Рожинский предложил второму Лжедимитрию свою службу. Заруцкий еще раньше отправился на Дон и привел 5 тыс. донских казаков. (Костомаров. «Смутное время», стр. 129, вторая часть). Против поднимавшегося мятежа весной было отправлено московское войско под начальством брата царя Димитрия Шуйского к Болохову. Узнав, что московские войска двинулись к Болохову, поляки во главе с Рожинским двинулись в том же направлении, и в 10 верстах от города произошло сражение, московское войско потерпело жестокое поражение. Ружинский с войсками двинулся в сторону Москвы. При войсках находится Самозванец. Повсюду народ встречал Димитрия с хлебом и солью и колокольным звоном. Войска Рожинского подошли 1 июня к Москве и остановились в селе Тушино, в сет верстах от Москвы. Для обороны против тушинских воров Шуйский между Москвой и Тушино устроил «обоз», или укрепленный лагерь и поместил в нем часть московского гарнизона. Попытка Рожинского овладеть неожиданным нападением лагерем не удалась и он решил устроить Москве блокакаду, отрезав все пути подвоза продовольствия. Польские войска все время пополнялись. Через Смоленск с полтысячью войск двигался к Москве Сапега. С юга шел Лисовский с отрядом в 30 тыс. человек, собранных им людей отряда Болотникова, и занял Коломну, где захватил коломенского воеводу Долгорукова и владыку Иосафа и с ними двинулся к Москве. Из Москвы против него было выслано войско под начальством Куракина. Войска встретились между Москвой и Коломною и отряд Лисовского был разбит. Было взято много пленных. Лисовский бежал в Тушино. Коломна была укреплена, как пункт для сообщения Москвы с юго-востоком.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное
Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
100 великих литературных героев
100 великих литературных героев

Славный Гильгамеш и волшебница Медея, благородный Айвенго и двуликий Дориан Грей, легкомысленная Манон Леско и честолюбивый Жюльен Сорель, герой-защитник Тарас Бульба и «неопределенный» Чичиков, мудрый Сантьяго и славный солдат Василий Теркин… Литературные герои являются в наш мир, чтобы навечно поселиться в нем, творить и активно влиять на наши умы. Автор книги В.Н. Ерёмин рассуждает об основных идеях, которые принес в наш мир тот или иной литературный герой, как развивался его образ в общественном сознании и что он представляет собой в наши дни. Автор имеет свой, оригинальный взгляд на обсуждаемую тему, часто противоположный мнению, принятому в традиционном литературоведении.

Виктор Николаевич Еремин

История / Литературоведение / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии