Читаем Голубой Ксилл полностью

— Ещё раз, — спокойно сказал Сигэцу. — Кто ты? Сколько вас сюда прилетело? Ваши условные фразы? Последнее, самое важное: где спрятан ракетолёт?

Вопросы профессиональные. Но если «люди Сигэцу» связаны с резидентом, то почему они так допотопно вооружены? На плечах у них старые автоматы.

— Я прилетел сюда по… особому заданию. — Я посмотрел на море.

— По какому особому заданию?

— Задание носит исследовательский характер.

Губы Сигэцу медленно растягивались. Наконец я понял — это улыбка.

— Свяжите его, — сказал Сигэцу.

Стоящие сзади завели мне руки за спину. Я чувствовал все их движения, но ничего не мог поделать: они туго, профессионально прикрутили мои кисти к ногам. Подтащили к Сигэцу, швырнули на песок. Тот дёрнул углом рта, не унижая себя усмешкой:

— Надеюсь, сейчас ты успокоишься. И потом… заговоришь.

Меня подняли, как куль с песком, и, раскачав, бросили в дверь ракетолёта. Я услышал, как за спиной сдвинулись створки, и ощутил вибрацию. Кажется, мы в воздухе.

Сигэцу сидит обособленно. Смотрит вперёд. Впрочем, кажется, сейчас его глаза вообще закрыты. Сколько их сейчас на планете? Тридцать? Сорок? Пятьдесят? Сигэцу — президент… Говоря проще, главарь. Главарь банды, которая орудует здесь. Всё это очень похоже на правду. На Иммете происходит какая-то своя жизнь, только какая? Я лёг на бок, закинул голову, чтобы удобней было рассматривать тех, кто захватил меня. Сейчас все пятеро разместились на боковых сиденьях. Ещё двое — пилоты, я вижу их затылки впереди, в кабине. Наблюдая за сидящими в салоне, я вдруг уловил в их позах некое беспокойство. Поймал взгляд щуплого, того самого, который схватил мой излучатель. Щуплый посмотрел в угол, я скосил глаза туда же. Вздрагивая от вибрации, там лежит что-то продолговатое, накрытое синим холщовым покрывалом. Похоже, мёртвое тело. Может быть, то самое, о котором спрашивал Сигэцу? Щуплый обернулся; некоторое время мы смотрели друг другу в глаза. Потом он встал, подошёл ко мне, присел, взял за плечо:

— Зачем вы его убили?

Я молчал. Просто не понимал, о чём он говорит. И всё-таки почувствовал: в его словах, в интонациях заключена какая-то надежда. Щуплый следит за Сигэцу. Внезапно он пригнулся к самому моему уху, прошептал: «Я на вашей стороне. Я попробую помочь вам». Тут же крикнул, тряся меня за плечи:

— Я не верю, что он вам что-то сделал! Не верю! Не ве-рю!

Судя по изменившейся вибрации, ракетолёт шёл на посадку. Вот мягкий удар о почву. Тишина. Все пятеро сейчас смотрят на «президента». Он встал. Присел, отдёрнул край покрывала:

— Смотри.

Да, так и есть, это мертвец. Так же, как Сигэцу, он смугл и узколиц. Его лицо искривила судорога, даже издали видны синие следы пальцев на шее. Некоторое время я разглядывал его. Нет, человека, который лежал передо мной в углу салона, я видел в первый раз. На вид он ровесник и Сигэцу, и каждого из пятерки. «Президент» осторожно опустил покрывало.

— Знаешь, кто это? Тун. Он был мне ближе брата. Ближе, а ты убил его.

Все пятеро стояли, опустив головы. Сигэцу сказал почти беззвучно:

— Ты говоришь, что я буду отвечать за тебя? Едва ли. А вот ты ответишь.

Он повернулся, кивнул. Щуплый открыл дверь, остальные четверо, взявшись за покрывало, осторожно вынесли покойника наружу. Сигэцу спрыгнул следом за ними. Два пилота в кабине обернулись, разглядывая меня. Я лежал на боку с привязанными к ногам руками. Скоро вернулся Щуплый; он заговорщически подмигивал мне, доставая нож. Прошептал: «Это длится три часа, потом уже смерть неотвратима. Начнётся всё утром. Может быть, за три часа я успею что-то сделать». «Что длится три часа?» — спросил я. «Потом объясню», — продолжая делать знаки бровями, он ловко освободил мои ноги, крикнул строго:

— Выходи. Выходи!

Я выпрямил ноги. Вытянулся. Только сейчас я понял, какое это блаженство — вытянуть затёкшие ноги, снова почувствовать их, хотя бы чуть-чуть размять. Руки оставались связанными; я осторожно перевернулся на живот, подогнул колени, встал. Щуплый легко подтолкнул меня, я подошёл к двери. Подобострастно поглядывая на стоящего внизу Сигэцу, Щуплый снова толкнул меня в спину:

— Прыгай.