Читаем Голос моего сердца полностью

Почесав гладко выбритый подбородок, Итан кивнул:

– Возможно, ты и права. Я должен извиниться…

Не дав ему закончить фразу, я спросила:

– Почему ты расстался со мной?

Лицо Дэвиса-младшего вытянулось. Странно, он как будто не ждал этого вопроса. Словно наше расставание было не предательством с его стороны, а нашим обоюдным решением.

– Эм…Кайл… ну так бывает.

– Я знаю, что так бывает. Мне не пять лет, и я не считаю, что любовь должна быть единственной и на всю жизнь. Но я всё равно не понимаю. Ты бросил меня, потому что моя болезнь была тебе неудобна или ты уже давно ничего не чувствовал и это было спланировано задолго до того, как врачи начали сыпать свои прогнозы о моей пожизненной немоте?

– Я…я не знаю, Кайл, – вздохнув, признался Итан, – Возможно, так просто совпало. Я всегда относился к тебе хорошо – с самого детства. И то, что мы начали встречаться, казалось мне вполне закономерным. Мы подходили друг другу – как мне казалось. Но твоя болезнь…она потребовала от меня ответственности, которую я не мог на себя взять. И я…самоустранился. Это низкий поступок, но мне показалось ещё более низким, если бы я остался рядом из чувства долга или, что ещё хуже, из жалости. Ты не заслуживаешь такого обращения.

– И почему же ты мне не сказал это сразу? – вздёрнула я бровь.

Дэвис неопределённо пожал плечами:

– Я всегда малодушно избегал подобных разговоров. Всё это – беседы, убеждения, доводы – в этом хорош Айзек, а не я. Я просто… испугался.

Я вздохнула. Кажется, я три года встречалась с малодушным трусом. Расстраивало ли меня это? Возможно, самую малость. Мне было грустно. Всё же столько времени позволяла себе обманываться.

– Ты любил меня? – спросила я прямо.

Чуть подумав, Итан покачал головой:

– Не уверен. Мне было хорошо с тобой. Ты весёлая, умная, интересная, с тобой всегда есть о чём поговорить и над чем посмеяться. Но любовь ли это? Я не уверен. А ведь если сомнения возникают, то ответ явно будет не положительным.

Пожевав губу, я задумчиво кивнула. Да, спустя время я сама осознала, что любовью наши отношения пропитаны не были. Интересом, симпатией, даже влюблённостью – да. Но это была не любовь. И, тем не менее, я помнила все те мгновения, что мы провели вместе. Их было много и все они были пропитаны радостью. Да, Итан не любил меня, но я никогда не чувствовала себя рядом с ним несчастной. Или ненужной. Возможно, поэтому я никогда не смогу ненавидеть его. И, возможно, поэтому я так сильно хотела с ним поговорить – чтобы не дать яду недосказанности отравить то прекрасное прошлое, что у нас было.

– Я…знаешь, как ни странно, чувствую тоже самое, что и ты, – призналась я и, кажется, впервые за эту встречу действительно искренне улыбнулась парню.

Итан выдохнул с явным облегчением. Подозвав официантку и заказав себе кофе (разумеется, без сахара), он спросил:

– Почему ты так сильно хотела со мной поговорить?

Я пожала плечами:

– Не люблю недосказанность. Кроме того, мне бы хотелось попытаться сохранить с тобой хорошие отношения. Наши семьи – они ведь дружат. А значит, нам так или иначе придётся видеться. Не хотелось бы портить наши совместные посиделки руганью и попытками всадить нож в горло друг друга.

– Я бы так с тобой не поступил, – тут же вскинулся Итан.

– Знаю, – кивнула в ответ, – Но я говорила о себе.

Усмехнувшись и отпив кофе, который ему уже успели принести, шатен вдруг спросил:

– А ты уверена, что твоё желание не портить отношения связано с нашими семьями, а не тем фактом, что мой брат влюблён в тебя?

Я поперхнулась рафом, которым неосторожно решила насладиться. Проглотив напиток, который внезапно встал поперёк горла, я просипела:

– Ты знал?

– Скажем так – догадывался. Но когда Айзек выгнал меня из дома – два плюс два сложились в твёрдую четверку.

Вспомнив этот эпизод, я виновато потупилась:

– Прости за это. Я никогда не хотела, чтобы вы ссорились, тем более – из-за меня. Я не знала, что он так поступит.

– Ничего, – махнул рукой Итан, – Я тоже хорош – наговорил ему всякого. Разозлился – и всё, попёр, как танк. Надеюсь, мы сможем помириться.

– Конечно, сможете. Вы ведь семья.

– Спасибо, Кайл, – улыбнулся мой бывший, – Тебя всегда отличала от других эта удивительная доброта. Мне кажется, твоё сердце слишком большое – оно вмещает так много чувств.

– Эм… спасибо, – пробормотала я, не зная, как реагировать на этот комплимент.

– А по поводу Айзека – думаю, все догадывались. Ты просто не замечала этого, но мой брат буквально боготворил тебя. Без фанатизма, разумеется, – добавил Итан, заметив, как расширились мои глаза, – Никаких алтарей и тайных комнат, завешанных твоими фотками, я не находил. Но он всегда ставил твои интересы выше всех остальных, всегда оберегал тебя и стремился, кажется, оградить от всех бед этого мира. Не думаю, что даже самые лучшие друзья поступают так.

– Вот как, – это всё, что я смогла из себя выдавить.