Читаем Голодный город полностью

Пока мы не разберемся с политическими и социально-экономическими структурами, определяющими жизнь городов, вопрос о том, по каким именно планам мы их строим, будет иметь в экологическом плане второстепенное значение. Главное — как работает целостный городской организм. Строительство городских кластеров в Кенте — дело хорошее, но если тамошние жители будут по-прежнему питаться печеньем, приготовленным на пальмовом масле с Борнео, экологическая ценность таких проектов будет оставаться под серьезным сомнением. Хотя средствами городского планирования можно сделать города несколько менее разрушительными для окружающей среды (и Дунтань это доказывает), в самом нашем образе жизни кроется масса проблем, которые никакие проектировщики решить не в состоянии. Именно тут утопии могут многому нас научить. Экогорода Говарда были окружены сельскохозяйственными землями, а не зонами отдыха. Его модель рассматривала весь экологический цикл города, а не сосредоточивалась на энергетическом балансе отдельных зданий. Тогда почему же, раз уж она была столь блестящей, концепция Говарда не воплотилась на практике? Проще всего сказать — потому что она была утопией. Но в этом будет не вся правда. Как и Оуэн, Говард рассчитывал на поддержку государства, но она так и не подоспела. По-настоящему радикальная часть его плана требовала политической воли, а ее, как мы знаем, не сыщешь и днем с огнем.

МАЛЕНЬКИЕ ОТВЕТЫ НА БОЛЬШИЕ ВОПРОСЫ

Размышляя о глобальной катастрофе, к которой, похоже, подталкивает нас образ жизни постиндустриальной эпохи, легко впасть в уныние. Но не стоит ему предаваться. Если мы решительно возьмемся за дело, можно не только предотвратить печальный исход, но и намного улучшить нашу жизнь, а заодно и жизнь тех, кто скован с нами цепочкой продовольственного снабжения. Еще не поздно.

Первый шаг будет сделан, если все мы просто станем больше думать о еде: свяжем фасоль на нашей тарелке с человеком, который где-то ее вырастил, курятину в сэндвиче — с живой птицей, а вкус, консистенцию и цвет пищи — с погодой и временем года. Еда — посланник деревни, живая часть той местности, где она выращена. Поэтому питаться тем, что выращено недавно и неподалеку не только целесообразно в экологическом плане, но и куда приятнее. В своей книге «Медленное питание» Карло Петрини изо всех сил пытается убедить своих коллег-коммунистов в том, что наслаждение едой — не признак буржуазной развращенности⁷⁰. И он прав. Среди лучших блюд в мире — те, что итальянцы относят к la cucinapovera, в буквальном смысле — «еде бедняков». Они необычайно вкусны благодаря своей простоте и тому, что готовятся из местных сезонных продуктов. Большинство горожан не может и мечтать о том, чтобы питаться так же, как итальянские крестьяне, но мы в состоянии — как это делает каждый крестьянин — мысленно связать нашу пищу с землей, где она выращивается. Сделав это, мы станем, как выражается Петрини, «экологическими гурманами», осознающими значение еды и использующими свои знания, чтобы питаться этично.

В1999 году философия медленного питания была дополнена понятием Cittaslow (от ит. citta — «город» и англ. slow — «медленный») — в таком городе образ жизни учитывает ценности местного своеобразия, ремесленных навыков и истории. Тамошние горожане, как говорится в манифесте Cittaslow, «все еще способны распознавать медленное чередование времен года и их природных плодов, уважая вкус, здоровье и спонтанно сложившиеся обычаи...»⁷¹. И дальше: «Жить медленно — значит „поспешать медленно", festina lente, как говорили римляне. Медленный образ жизни чтит традиции и качество. Он позволяет использовать все лучшие стороны современности для совершенствования и сохранения приносящих радость старинных привычек — но не исключая при этом прогресса и не в попытке избежать перемен»⁷².

Города, желающие присоединиться к движению, должны соответствовать 6о различным критериям (в том числе иметь население не более 50 ооо человек), и взять на себя обязательство руководствоваться в вопросах управления философией медленного питания. На сегодняшний день в списке значатся сто городов из десяти стран, включая и Ладлоу, ставший первым «медленным городом» в Британии.