Читаем Голконда полностью

Последовавшие за этим секунды молчания позволили обдумать услышанное. Григорий Ефимов так неотступно предлагал стать участником этого ОНАРа, что все походило на надувательство.

– А что взамен? – спросил Олег. – Отчисления или членские взносы?

– Да нет, просто я сам снимаю авторские сюжеты и понимаю, что если никак не выделиться из серой массы криэйторов, то никакого успеха не достичь, тебя просто никто не будет смотреть. Поэтому я создал объединение, единственное обременяющее условие которого – помечать весь свой материал нашим символом и ссылкой на официальный ресурс со списком всех остальных участников и ссылками для перехода на них. Как видите это сделано ради взаимовыручки. Каждый получит дополнительную рекламу, и чем больше нас будет, тем более узнаваемой станет наша символика и тем больше читателей и зрителей мы привлечем. – Григорий так долго говорил, что закашлялся. – Разумеется, кого попало я не выбираю. Но вы мне показались талантливым человеком и, что важнее, беспроблемным. Меньше всего я хочу нарваться на неприятности.

Собеседник был так искренен, душевен и убедителен, что мысли о подвохе невольно отходили на второй план. Он казался самым человечным из людей.

– Скиньте мне свои контакты, – тактично ответил Олег. – Подумаю над вашим предложением.

– Большего мне и не надо, – произнес Григорий Ефимов. – Не беспокойтесь, в случае чего я совершенно спокойно приму ваш отказ. Я уже беседовал с полусотней людей, и только дюжина согласилась. Контакты уже на вашей почте. Хорошего вам дня.

– И вам. – Олег потянулся пальцем к кнопке завершения звонка, но собеседник первым положил трубку.

Милана все это время стучала ноготками по телефону, отвечая на избранные комментарии счастливчиков, и, когда разговор завершился и Олег вопросительно посмотрел на нее, лишь пожала плечами. Однозначного мнения об этом Григории у нее не сложилось.

– Теперь я работаю на себя, а не на чужого дядю, так что с какими-то предложениями надо соглашаться, – задумчиво проговорил Олег.

– Не только соглашаться, но и самому их искать, – дополнила мысль Милана.

– Подозрительно, конечно… Слишком он мне понравился. Как будто использовал именно те психологические приемы, что мне подойдут. Эта его последняя фраза про лишь двенадцать согласившихся… Такой притягательный нонконформизм. Скажи он, что согласилось большинство, и я мгновенно бы отверг предложение.

Олег уже доехал до работы Миланы и остановил машину у главного входа в высокий, отделанный стеклом бизнес-центр с офисами многих крупных компаний, занимающих сразу по несколько этажей.

– Смотри сам, – напоследок повернулась к нему жена. – Глупо отвергать предложение только потому, что оно слишком тебе подходит.

Она понимала, что Олег не из тех, кто легко даст себя обмануть, поэтому минимальной доли скепсиса в ее словах уже было достаточно для предостережения. Дополнительные ее сомнения в буквальном смысле заставили бы его отказаться, а при всей неоднозначности своего характера ломать карьеру мужа Милана точно не собиралась. Звучит дико, но она действительно очень хорошо к нему относилась. Иначе бы не вышла за него замуж.

– Заезжай за мной в шесть вечера, – с холодным чувством в голосе сказала она и вышла из машины.

Применительно к Милане в словосочетании «холодное чувство» ключевым было второе слово.

У Олега было целых девять часов относительно свободного времени, которое он мог тратить на собственную карьеру. С тех пор как он завершил трудовые отношения с заводской газетой, новая официальная работа в каком-то издательстве его не прельщала. Хотя он и не находился на передовой человеческого прогресса и уж тем более не двигал его вперед, он оставался довольно современным человеком и воспользовался свободой, чтобы перевести свою профессиональную деятельность исключительно в интернет. Без офисов газет, трудовых книжек и архаичных сорокачасовых рабочих недель. Он занялся фрилансом. Создал профили на соответствующих сайтах, зарегистрировался в деловой соцсети и стал принимать заказы.

Не сказать, что дела сразу пошли на лад. Заказы, конечно, поступали, но гонорары оказались намного меньше его прошлых доходов в газетах. Это была плата за свободу и возможность работать откуда и сколько угодно. В то же время карьера Миланы пошла на взлет, потянув за собой и ее доходы. Она уже зарабатывала больше мужа, а после скорого подключения рекламы в своих техноблогах и вовсе сделала бы бессмысленной текущую работу супруга. Вместо добытчика Олег мог стать домохозяином, что очень уязвляло его мужскую природу, согласно которой самым ценным в жизни была возможность содержать свою женщину, обеспечивать ее недостающим, помогать твердо стоять на ногах.