Читаем Голконда полностью

Он очистился от задевших его брызг радости из-за новых покупок и начал взирать на мир, как подобает человеку его положения – глазами примерного семьянина, уставшего от долгого дня и от всей жизни в целом. Волшебник Изумрудного города забрал у него магические очки, и все кругом стало привычного серого цвета, особенно заметного на фоне долгожданного увольнения и последовавшего за ним шага к новой счастливой жизни. Олег хотел прочувствовать больше внутренних красок счастья и не ожидал столько серости в освободившейся от оков грязной работы душе. Может, дело было в другом? В жизни, которая движется не туда? Последние два года ему становилось все тяжелее. Казалось бы, женившись на самой прекрасной и замечательной из всех женщин мира, он должен был наконец стать счастливым, но нет, постоянно что-то мешало. И чем сильнее Олег пытался оправдать выпавшую на его долю удачу, тем тяжелее ему становилось. Он жил по впитанной с молоком матери совести, которая требовала заслужить счастье, а не получить его просто так. Он должен был заслужить каждую крошку хлеба, каждую улыбку Миланы, но не мог этого сделать, пока Милана не знала этих правил и не играла по ним. Любые его усилия выглядели как должное, и чем больше он их прилагал, тем сильнее они обесценивались.

К сожалению (а может быть, к счастью), каждый человек воспринимает мир по-своему, и даже у таких близких людей, как муж и жена, это восприятие не обязано быть одинаковым.

Видя, что его воспринимают как данность, Олег решил проявить жесткость.

– Как ты все это получила? – спросил он, покачиваясь в кресле из стороны в сторону и чувствуя, как отдыхает спина.

В эсэмэсках от банка он видел, что жена оплачивает с его кредитки только психологические тренинги, фитнес-зал и обеды в кафе. Никаких покупок дорогостоящих компьютеров и гаджетов там не значилось.

– Купила, – гордо ответила она.

– А я уж понадеялся, что такая богатая компания может обеспечить своих сотрудников рабочей техникой.

– Ну, с этим не все так просто, – протянула Милана, складывая покупки в одно место, аккуратно, чтобы не повредить гарантийную упаковку. – К тому же техника мне нужна для обзоров на личном канале. Так я привлеку больше аудитории и вообще буду выглядеть богаче.

– Кстати, насчет богатства, – попытался зайти издалека муж, но понял, что не получится, и зашел в лоб. – Ты оформила кредит?

– Рассрочку, – с радостью, но уже немного поникшей, сказала она. – Я теперь официально трудоустроена, поэтому банки одобрили мне покупки на два миллиона.

Если бы Олег в тот момент что-то ел, он непременно бы подавился и приказал долго жить.

– Но я знаю, что делаю, – продолжала Милана. – Сто тысяч подписчиков на дороге не валяются, а я накопила их за год без особых расходов, просто импровизируя на ходу. Теперь же я смогу сделать основательные обзоры элитной техники, которую мало кто может себе позволить, и на меня подпишется еще больше людей. Нищебродам интересно смотреть на дорогие, недоступные для них вещи, будь то новый компьютер или я. После миллиона просмотров я запущу рекламу, и все расходы быстро окупятся… Ну кончай уже грустить, дорогой.

– Мы должны советоваться в таких вещах, – сухо сказал Олег, понимая, что копает себе яму, падение в которую может и не пережить.

– И что бы ты сказал? – грозно спросила Милана, обратив на него испепеляющий взгляд.

Она продолжала сидеть за своим дизайнерским столиком и раскладывать гаджеты для записи видео.

– Сказал бы, что надо закрыть действующие кредиты, может быть, даже уменьшить выплаты по ипотеке, – ответил Олег. – И вообще, я не против покупок, просто посоветовал бы совершать их постепенно. Все обзоры за один день ты все равно не сделаешь.

– Ипотека твоя, а рассрочка моя. Это совершенно разные вещи, – серьезным тоном сказала она. – Ты опять думаешь только о себе.

Внутренний голос подсказывал Олегу, что все его слова правильные, но стоило их произнести, как у Миланы находился жесткий ответ, ставящий мужчину в невыгодное положение. Неужели его понятия о совести, передающиеся из поколения в поколение уже тысячу лет, отличаются от совести других людей? Или что у них там вместо нее…

– Это просто к слову пришлось, – оправдывался Олег, наклонившись вперед и облокотившись о колени, будто прячась в раковину улитки. – Я хотел сказать, что выплаты по рассрочке должны быть не больше твоего жалования, а лучше чуть меньше, чтобы осталось место для маневра.

– Я не такая дура, как ты думаешь, – вспылила Милана, бросив коробку с планшетом на стол. – Само собой, выплаты не превысят размер зарплаты.

Она была настолько уверена в превосходстве собственных желаний над чужими, что убеждала в своей правоте Олега, повязанного моралью и чувством долга перед женой.

– Я не собирался тебя упрекать, – вынужденно сказал муж, хотя именно это он и собирался сделать.

– Это потому что я тебе все доходчиво разжевываю и объясняю, – поучительно сказала жена. – Не зря говорят, что мужчины как дети. Начинаете истерить, не подумав.

– Дорогая, я просто разволновался.