Читаем Голем 100 полностью

— Или предпочитаете подкрепиться прежде? У вас был такой вечер, полный хлопот.

— Послушайте... — снова начал Шима, но тут вме­шалась Гретхен.

— Хлопотный вечер, субадар? Но ведь еще не ве­чер? Сейчас не позднее пяти-шести часов, верно?

— Вы так полагаете, мадам?

— Не сомневаюсь.

— Вы так представляете себе положение дел?

— Разумеется.

— Послушайте, — в третий раз начал Шима. — Я хочу знать, какого дьявола мы делаем в участке и как мы сюда угодили из моей лаборатории. Это что, очередные ваши штучки?

— Или зверства полиции, да? — улыбнулся Индъ­дни. — Весьма любопытное состояние недоумения. Идите сюда, погрейтесь и расскажите мне, почему сей­час не может быть позднее, чем пять или шесть часов пополудни.

— Потому что мы не больше часа, как пришли в лабораторию Блэза.

— О да. В комплексе «ФФФ». Позволяется ли уяс­нить, где вы обнаружили доктора Шиму, мадам? Вы мо­жете припомнить, что сообщили мне о его исчезнове­нии.

— Ну да. Несколько часов назад. И вы по вашему «секретному» коду НЕМО передали приказ о немед­ленном задержании — хотя я протестовала.

— А что можно мне было сделать? Однако вы на­шли его раньше моих патрульных. Где?

— В моей квартире.

— Невредимого и в здравом рассудке?

— К чему этот вопрос? — Голос Гретхен стал на­пряженным.

— А разве не таково обычное состояние, в котором мы все надеемся застать разыскиваемых особ? — Медо­вый голос Индъдни опять источал опасность. — Здравы­ми и невредимыми, не так ли?

— Здравым и невредимым, именно так.

— Но мне вы не сообщили о своей находке, невзи­рая на сильное волнение/ прежде. Почему, мадам?

— Потому что... Потому что у нас оказались более срочные дела.

— Уточните природу таковых.

— Полетать с прометием.

— Ах вот. В надежде навестить тот Инфра-мир, ко­торый вы так красочно напридумывали.

— Я тоже не поверил ей, — вмешался Шима. — Я соглашался из вежливости. Но это вовсе не выдумка, Индъдни. Его существование — это факт, холодный не­прикрытый факт. Или мне стоит сказать, что это — жа­реный факт, потому что это нечто запредельное! Бред собачий!

— И все это когда?

— Не больше часа назад. — Шиму бросило в жар от возбуждения. — Это открытие станет новой вехой в истории, дайте мне только записать его и опубликовать. Его назовут синдромом Шимы или эффектом Нунн, не знаю. Мы вкатили себе внутривенно по миллиграмму Рт у меня в лаборатории. Выбрали одни и те же вены, чтобы совпал временной интервал погружения, и про­метий свалил нас за считанные секунды. Действие по­трясающее, субадар! Небывалое! Этот треклятый Фаз- ма-мир — существует! Не знаю, может быть, глубоко под всем внешним живет целая, мать ее, Фазма-цивили- зация. Мы были там (где бы это ни было) слишком не­долго, чтобы проводить исследования.

— Вы и вправду так полагаете, доктор Шима?

— Полагаю? Черт возьми, субадар, я это знаю\

— Вы были вместе в этом Подмире, о котором гово­рила мадам?

— Вместе, но не так, как это понимают в нашем Надмире.

— И сколько продолжалось?

— Трудно сказать. У нас исчезло всякое чувство времени и пространства. Но миллиграмм прометия не мог долго нас держать. Я бы сказал, минут двадцать, а, Гретхен?

— Ближе к получасу.

— И все это время, где находились вы... как вы го­ворили, доктор?., если в нашем Надмире?

— В моей лаборатории в «ФФФ».

— То есть, — пояснила Гретхен, — там находились наши тела, субадар. Я же говорила вам, что мы уйдем из Гили, не уходя, — так и было.

— Нет, так не было, — отчетливо произнес Индъдни.

Гретхен затаила дыхание, потом выпалила:

— По-вашему, мы лжем?

— Нет, — тихо и определенно ответил Индъдни. — Нет. Я думаю, что вы обезумели, оба... Прометий свел вас с ума. Очевидно, это вещество безмерно опасно.

— Что? Как? Почему вы...

— Любезно послушайте. Пять часов пополудни было вчера. Сейчас уже сегодня — седьмой час утра. Ваши полчаса продолжались двенадцать часов.

— Но... нет, это невозможно!

— И я могу представить отчет о том, как вы провели большую часть этого времени. Были разосланы патру­ли, была тревога по коду НЕМО. Были постовые, и ото­всюду поступали рапорты о ваших безумных выходках по всей Гили.

— Но мы же никуда не выходили, — запротестова­ла Гретхен. — Наши тела не покидали лаборатории Блэза!

— Нет, оба вы выходили.

— Это и в самом деле ваши штучки, Индъдни.

— Честью своей заверяю, доктор, это не так.

Оба они знали, что Индъдни — человек чести. Они ошарашенно замолчали, уставившись на него с немым вопросом в глазах.

— Угодно ли выслушать рассказ о том, как вы про­вели эти выпавшие двенадцать часов?

Оба не смогли сказать ни слова в ответ.

Тогда Индъдни продолжил. В рассказе его, предуп­редил он, может нарушаться последовательность вре­мени и места. Возможно, какие-то события оказались вне поля зрения его сотрудников, которые с огромным трудом могли угнаться за непредсказуемыми похожде­ниями двух безумцев.

— Один из сотрудников, шахматный чемпион по участку, сообщил, что ваши перемещения напоминали ходы коня в тороидальных шахматах.