Читаем Год тигра полностью

– Полковник, прошу вас, не более пятнадцати минут. Ему еще надо много спать, – предупредил доктор и с улыбкой посмотрел на Шавасса. – Я приду к вам завтра утром.

Они с медсестрой вышли из палаты, а полковник подошел к кровати Шавасса.

– Привет, Пол, – улыбаясь, произнес Ли. – Как самочувствие?

– Страшно хочется курить, – ответил англичанин. – У вас сигаретки не найдется?

Полковник молча кивнул, пододвинул стул к кровати и сел. Затем извлек из кармана красивый портсигар и, достав сигарету, протянул ее англичанину. Прикурив, Шавасс глубоко затянулся, выпустил изо рта дым и с облегчением вздохнул.

– Ну вот, теперь мне стало легче, – сказал он.

– Как вам здесь нравится? – спросил полковник. – Свежее постельное белье, удобная кровать, никакой грязи на теле.

– И как долго продлится для меня этот рай? – поинтересовался Шавасс.

– Мой дорогой Пол, – пожав плечами, ответил комендант, – все зависит только от вас.

– Я так и думал, – с горечью в голосе произнес англичанин. – Вы думали, что я не выживу? Не так ли? Поэтому и обеспечили мне такой шикарный уход. В тот день, когда я встану на ноги, меня отведут в камеру, и все повторится сначала.

– Вы правы, Пол, – мягким голосом сказал Ли. – Все повторится сначала. На вашем месте я, прежде чем отправиться вновь за решетку, хорошо бы подумал.

– О, я обязательно подумаю. Обещаю вам, – ответил Шавасс.

Ли направился к двери, но, не доходя до нее, обернулся.

– Да, кстати, вы находитесь на третьем этаже монастыря, а у него еще есть цокольный этаж, – сказал он. – Кроме того, в коридоре дежурит охранник. Так что не натворите глупостей.

– О чем вы, полковник, я в туалет самостоятельно сходить не могу, – усмехнулся Шавасс.

Ли улыбнулся.

– А теперь поспите, – сказал он. – Завтра утром я вас навещу.

Дверь за полковником без стука закрылась, и Шавасс, уставившись в потолок, ушел в тяжелые раздумья. Одно ему было абсолютно ясно: он скорее умрет, чем вернется в свою камеру пыток.

Англичанин сбросил с себя одеяло и спустил ноги на пол. Сделав глубокий вдох, он поднялся с кровати и, испытывая легкое головокружение, пошел по палате. У него было такое ощущение, будто он идет по толстому слою мягкой пряжи. Добравшись до противоположной стены, Шавасс остановился, немного передохнул и, развернувшись, двинулся обратно.

Посидев некоторое время на кровати, он поднялся и повторил все сначала. Дойдя до стоявшего в дальнем углу шкафа, англичанин открыл его, но ничего, кроме банного халата и пары вельветовых тапочек, в нем не обнаружил. Прикрыв дверцу, он прошлепал босыми ногами по полу и, подойдя к окну, с опаской выглянул на улицу.

Как только глаза его привыкли к темноте, он увидел, что окно его палаты находится от земли футах в сорока. Сердце защемило, и он, вернувшись назад, лег в постель. Едва Шавасс успел укрыться одеялом, как в палату вошла медсестра.

Она подошла к кровати, взбила подушку под головой англичанина, расправила простыню и одеяло.

– Ну, как вы себя чувствуете? – спросила девушка.

Шавасс застонал, а затем слабым голосом произнес:

– Неважно. Все время хочется спать.

Китаянка понятливо кивнула, глаза ее заблестели.

– Я загляну к вам чуть позже, – сказала она. – А вы отдыхайте.

Из палаты медсестра исчезла так же бесшумно, как и появилась в ней.

Шавасс довольно улыбнулся. Пока все идет хорошо, подумал он и слез с кровати. Подойдя к двери, англичанин прислушался. В коридоре кто-то разговаривал.

– Сидеть всю ночь? Да вы же здесь со скуки помрете, – услышал Шавасс смешливый голос молодой медсестры.

– Но если такой цветочек, как ты, составит мне компанию, то мне скучать не придется, – ответил мужской баритон.

Девушка вновь залилась звонким смехом.

– Я вернусь в половине двенадцатого. Надо будет взглянуть на пациента, – сказала она. – Будешь хорошо себя вести – налью рюмочку.

Китаянка простучала каблучками по полу, а затем Шавасс услышал, как скрипнул под охранником стул. «Все, – подумал англичанин, – это мой единственный шанс. Другого такого точно не будет. Пока все уверены, что я еще очень слаб, мне надо бежать. Кто же подумает, что в таком состоянии можно решиться на это».

Шавасс достал из шкафа халат и тапочки и быстро переоделся. Выключив настольную лампу, он поспешил к окну.

Внизу, чуть правее окна его палаты, виднелся центральный вход в здание. Над ним на чугунном кронштейне висел фонарь, освещавший площадку перед домом. Мелкие капли дождя в его свете были похожи на серебряный туман.

Шавасс открыл двойные оконные рамы и перегнулся через подоконник. Справа и слева от него сквозь щели ставней на улицу узкими плоскими пучками выбивался золотистый свет. Шавасс посмотрел вверх и, увидев всего в нескольких футах над головой карниз крыши, понял, что его палата находится на последнем этаже. Тогда он по пояс высунулся из окна и глянул вниз. Света в окнах нижних этажей не было.