Читаем Год крысы полностью

В это мгновения дверь кабинета отворилась, и по ковровой дорожке по направлению к заместителю губернатора трусцой пробежал секретарь. Под напряженными взглядами присутствующих он торопливо сообщил что-то тому на ухо.

Заместитель решительно поднялся на ноги:

— Поступила информация, что крысы в массовом порядке вышли на поверхность!

Присутствующие зашевелились на своих местах.

— Они пересекли северную часть города и сосредоточились на территории завода бытовой химии!

— Того самого?

— Да! Того самого!

Заместитель, а за ним и все присутствующие посмотрели на Торбу. Лишь немногие заметили, что в первое мгновение сообщение вызвало испуг Торбы. Под многочисленными взглядами Торба быстро взял себя в руки.

— Отлично! Это именно то, чего я ожидал! — заявил он. — Пришло время решительных действий. Будем уничтожать паразитов!

Заместитель значительно склонил голову. Начальство любит, когда находится человек, который берет на себя всю полноту ответственности.

— Каким образом собираетесь уничтожать? — поинтересовался он.

Глаза Торбы метнулись из стороны в сторону, но он опять совладал с растерянностью.

— В принципе, это не важно, — проговорил он. — Главное — решительность! Лично я предпочитаю проверенные средства, которыми пользовались наши деды и прадеды.

— Что именно? — уточнил заместитель.

— Что? Керосин! — Торба победно оглядел кабинет. — Керосин и огонь!

Заседание комиссии наделило Торбу исключительными полномочиями и обязало военных оказывать ему все необходимое содействие.


* * *


Ксюша и Матросов, сжатые со всех сторон толпой, бежали вместе со всеми прочь от топочущей серой реки, широким языком втекающей в заводские ворота. Отрезанные от выхода с завода, люди заметались и в поисках спасения бросились врассыпную. Они в панике наскакивали друг на друга и толкались, спотыкались о брошенные сумки и тележки, падали, поднимались, переступали через упавших и падали опять.

На площади началась давка. Люди бежали кто куда. Кто-то взбирался по пожарной лестнице на крышу администрации, кто-то карабкался по водосточной трубе, крышка мусорного контейнера уже не закрывалась — из-под нее торчали чьи-то спины.

Послышался звон выдавленного стекла и треск отдираемых досок, крест-накрест наколоченных на окна, — люди принялись вскрывать заколоченный корпус, чтобы спрятаться внутри. В считанные мгновения остатки рам были выставлены, а двери снесены с петель, в проемах сразу же образовалась давка, раздался треск порванной одежды визг, крики и стоны.

Втянув голову в плечи, убегал губернатор, — охрана решительно прокладывала дорогу в толпе, на ходу поддерживая его под локотки. Телохранители беспокойно озирались: пожилой губернатор не мог двигаться быстро, — а крысы были уже совсем рядом.

Раздались первые истошные вопли тех, кто отстал и кого настигли гигантские животные. Крысы хватали бегущих людей за ноги, напрыгивали сзади на спины. Давка и паника усилились. Какой-то парень в шортах и майке со скоростью циркового артиста карабкался по гладкому бетонному столбу освещения, судорожно дрыгая ногой — в нее мертвой хваткой вцепилась остервеневшее животное. От ворот раздались сухой треск выстрелов — у кого-то не выдержали нервы и он принялся палить направо и налево из газового пистолета. Те, кто оказался ближе к реке, бросались прямо в воду. Одна из крыс метнулась сквозь кольцо охраны, больно укусила губернатора за ляжку и была застрелена точным выстрелом ближайшего телохранителя.

Охрана сопроводила Папу к опечатанному офису, сорвала пломбы и, прикрывая телами, пропустила губернатора внутрь.

— Эй, сынок! Туда, туда!

Оглянувшись на крик, Ксюша и Матросов увидели Калюжного, который локтями энергично прокладывал себе путь ко входу в офис. В сам офис занявшая оборону Папина охрана не пускала ни животных, ни людей. Но на козырек над входом один за другим забирались убегавшие. Толкаясь и преодолевая течение людского потока, Ксюша и Матросов тоже направились к крыльцу. Мужчины подсадили Ксюшу на металлический бак, приставленную чьей-то рукой к стене, потом Матросов помог Калюжному, протянутые сверху руки подхватили их и все трое оказались на козырьке.

Площадь перед главным корпусом стремительно освобождалась от людей и заполнялась крысами. После людей на асфальте оставались брошенные сумки с порошком, потерянные зонты, туфли и бейсболки. Территория завода — от ворот до берега реки, от флигеля администрации до производственного корпуса — на глазах заполнялась колышущимся морем серых волосатых тел.

— Боже мой! Кто это? Что это такое? — не выдержав, закричала Ксюша.

Внизу толкались и суетились страшные животные — внешним видом они очень напоминали крыс, но никто и никогда не видел крыс такого огромного размера! Одна из них попробовала запрыгнуть на бак, сорвалась и злобно оскалила в сторону людей зубастую пасть. Ксюша почувствовала, что у нее потемнело в глазах. Она пошатнулась и, чтобы не упасть, схватилась за руку Матросова.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Любовь гика
Любовь гика

Эксцентричная, остросюжетная, странная и завораживающая история семьи «цирковых уродов». Строго 18+!Итак, знакомьтесь: семья Биневски.Родители – Ал и Лили, решившие поставить на своем потомстве фармакологический эксперимент.Их дети:Артуро – гениальный манипулятор с тюленьими ластами вместо конечностей, которого обожают и чуть ли не обожествляют его многочисленные фанаты.Электра и Ифигения – потрясающе красивые сиамские близнецы, прекрасно играющие на фортепиано.Олимпия – карлица-альбиноска, влюбленная в старшего брата (Артуро).И наконец, единственный в семье ребенок, чья странность не проявилась внешне: красивый золотоволосый Фортунато. Мальчик, за ангельской внешностью которого скрывается могущественный паранормальный дар.И этот дар может либо принести Биневски богатство и славу, либо их уничтожить…

Кэтрин Данн

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Книжный вор
Книжный вор

Январь 1939 года. Германия. Страна, затаившая дыхание. Никогда еще у смерти не было столько работы. А будет еще больше.Мать везет девятилетнюю Лизель Мемингер и ее младшего брата к приемным родителям под Мюнхен, потому что их отца больше нет – его унесло дыханием чужого и странного слова «коммунист», и в глазах матери девочка видит страх перед такой же судьбой. В дороге смерть навещает мальчика и впервые замечает Лизель.Так девочка оказывается на Химмель-штрассе – Небесной улице. Кто бы ни придумал это название, у него имелось здоровое чувство юмора. Не то чтобы там была сущая преисподняя. Нет. Но и никак не рай.«Книжный вор» – недлинная история, в которой, среди прочего, говорится: об одной девочке; о разных словах; об аккордеонисте; о разных фанатичных немцах; о еврейском драчуне; и о множестве краж. Это книга о силе слов и способности книг вскармливать душу.

Маркус Зузак

Современная русская и зарубежная проза