Читаем Гобелен полностью

Джейн тем временем, к его изумлению, развязала и сбросила плащ. Она видела, что немало ошарашила негодяя – тот даже губы облизнул, так они пересохли. Что у нее на уме, он даже отдаленно не представлял.

– Уинифред! – воскликнула потрясенная Сесилия.

– Молчи! – велела Джейн, ловя взгляд Тома Уайатта.

Юбка сковывала движения. Уж конечно, эта деталь одежды не даст как следует замахнуться, если Джейн решится на атаку. Без дополнительных размышлений Джейн рванула подол; скорее угадала, чем услышала, как на снег посыпались пуговицы. На белом фоне они казались вороньими глазами, отслеживающими каждый шаг Джейн. Жакет придется оставить; ну да ничего – от львиной доли издержек георгианского стиля Джейн избавилась, вдобавок на ней прочные ботинки, словно созданные для ударов, а Том отродясь не видывал каратистов и уж точно не подвергался ни приему под названием «блок коленом», ни удару по ребрам.

Когда юбка упала к ногам Джейн, негодяи на миг потеряли дар речи. На периферии сознания раздавался лепет шокированной Сесилии. Куда яснее Джейн ощущала отсутствие на себе белья, привычного для женщины из двадцатого века. Холод жалил бедра сквозь тонкую хлопчатобумажную ткань. Если сейчас Том сорвет с нее нижнюю юбку, Джейн останется обнаженной от пояса до пят. Самое смешное, что в мозгу пронеслась мысль, едва ли уместная при подобном раскладе, а именно: как бы Уинифред отнеслась к восковой эпиляции в области бикини? Мимолетная улыбка, вызванная этим вопросом, как ни странно, помогла Джейн сфокусироваться; в следующую секунду она подумала, что скорее обречет Уинифред (а заодно и себя) на смерть, чем позволит этому выродку овладеть телом своей «хозяйки».

– Уинифред, не надо, – лепетала Сесилия, едва шевеля губами от ужаса. Впрочем, ее мольбы был грубо прерваны хохотом Тома. Вероятно, он очень быстро справился с первым шоком.

– Сдается мне, Уинифред на меня запала! Как по-вашему, парни? Сейчас малость охлажу ее сочную задницу. На снег завалю; я не я буду, если не завалю.

– Заодно и член свой охладишь, Том, а то он аж дымится! – выкрикнул самый молодой из мерзавцев – и сам испугался своего голоса, резко прозвучавшего в ледяном безмолвии.

Теперь все трое были возбуждены, Джейн ясно это видела. Ими владели ярость и похоть, и они не сомневались, что с минуты на минуту вполне удовлетворят свои потребности.

Джейн изобразила презрение, задействовав лицевые мышцы Уинифред; сосредоточила внимание на Томе, от которого ее отделяли считаные шаги.

– Я – леди Уинифред Максвелл, графиня Нитсдейл. Полагаю, Том Уайатт, ты не хочешь навлекать на себя гнев моих родичей? Поверь, ты взмолишься о виселице, когда мой муж и его вассалы доберутся до тебя.

– Хорош врать, мисс, – усмехнулся Том, хотя и не без заминки. Теперь он избегал прямого взгляда на Джейн. – Ежели вы – графиня, где тогда ваши кольца да сережки? И почему вы одеты как служанка?

Джейн начала кружить вокруг Тома, выбирать место для атаки, прощупывая почву – нет ли под снегом сучьев или крупных камней.

– Внешность обманчива, Том Уайатт, – сказала она. Может, действительно следовало надеть драгоценные кольца Уинифред, вместо того чтобы закапывать их вместе с другими украшениями? – Ты же сам признал, что выговор у меня не как у простолюдинки.

Том поднял взгляд.

– Кто бы вы ни были – мне нужен ваш кошель.

– Я дам тебе денег на еду, – предложила Джейн. Прозвучало бы куда лучше, если бы фраза дважды не была нарушена чиханием.

Пришла очередь Тома усмехаться.

– Голосок-то у вас совсем больной. Чего доброго, насмерть простудитесь, коли будете задницей светить. Хотя лично мне ваша задница по вкусу.

Джейн чувствовала: Том все еще в легком замешательстве от ее действий. Тем лучше! Пусть продолжает в том же духе.

– Ну а ежели вы и впрямь богачка, так я на вашу милостыньку не согласный – все золото давайте! – На этих словах Том осклабился. – А еще я заберу вашу честь – отчего не забрать, коли предлагают? Сдается мне, ваш благородный муженек не часто вас ублажает, да и не особо усердствует.

Последняя фраза очень понравилась двоим бандитам в повозке.

Джейн проигнорировала подначку. Ох, как ей хотелось исколотить мерзавца – даже слабыми кулачками Уинифред.

– Разве я сказала, что я богата? Я лишь сообщила, кто я такая.

– Ах да – благородная леди. Ладно, поверю на слово. Ну а ежели благородная, значит, денежки у вас водятся. Иначе зачем мы тут разговоры разговариваем? Хватай ее, ребята.

Джейн напряглась, но в следующий миг инстинктивно приняла боевую стойку, как учил ее Уилл. «Вся соль – в равновесии, – объяснял он, бережно устанавливая ее ноги таким образом, чтобы одна располагалась по отношению к другой диагонально. – А руки держи вот так, – продолжал Уилл, придавая рукам нужное положение. – Тело расслаблено, однако мышцы должны быть готовы напрячься и выплеснуть хранящуюся в них энергию. Знаю: это противоречивое объяснение. Ничего – сейчас покажу на практике, и ты все поймешь». Джейн действительно поняла.