– Полагаю, милая, что от потрясений все мы начинаем вести себя странно. Ты, главное, верь: нет и не может быть любви более великой, чем ваша с Уильямом любовь. Как думаешь, почему я отвергла все предложения руки и сердца? – Сесилия придержала коня, чтобы взглянуть Джейн прямо в глаза. – Потому что хотела таких же чувств, как у тебя с твоим супругом. Я хотела при виде избранника слышать соловьиные трели; хотела вспыхивать, как вспыхиваешь ты, когда Уильям нашептывает тебе нечто, предназначенное только для твоих ушей; хотела, чтобы избранник улыбался мне особенной улыбкой, чтобы у нас с ним был свой язык жестов и взглядов – для тайного общения при посторонних. Ведь вы с Уильямом придумали такой язык. Увы, пока мое сердце молчит.

Вот так Сесилия озвучила чаяния, точившие душу Джейн с тех пор, как Уилл сделал ей предложение. Именно этих ощущений ждала Джейн от любовного романа. Наконец-то она встретила мужчину, подарившего ей все вышеперечисленное, – но отношения с этим мужчиной были невозможны.

Глава 18

Был канун Нового года – последнего года семидесятых. День клонился к вечеру. В марокканском ресторане «Риад» тон задавал кус-кус – блюдо, о котором большинство британцев даже не слыхивали, не говоря уже о том, чтобы пробовать. Однако владелец «Риада», бербер в шестом поколении, имел твердое намерение украсить грядущее десятилетие этим базовым блюдом марокканской кухни.

Нынче, думал Махмуд, у него в заведении девушки будут исполнять традиционные танцы, удерживая на головах подносы с серебряными чайниками, полными свежезаваренного мятного чая. Плясуньи эти яростно вращают бедрами, как бы презрев все законы гравитации. По случаю праздника Махмуд задействовал четырех девушек. Они нарядятся в прозрачные, подобные паутинкам костюмы, золоченые нити и украшения которых поблескивают в такт волнообразным движениям тел и ритмичному перестуку барабанов. Британцы уверены, что арабские женщины исполняют танец живота. Махмуд вздохнул. Если бы эта уверенность помогла заполнить его ресторан, он был бы счастлив. Хорошие сборы в период с Рождества по Новый год означают, что вместе с женой и малыми детьми Махмуд сможет провести невыносимо холодную британскую зиму на родине, в Марокко. Ресторан сегодня выглядит даже экзотичнее, чем обычно, – служащие добавили драпировок и терракотовых таджинов, чтобы создать истинно берберский колорит, об отличительных чертах которого, впрочем, посетители понятия не имеют. Махмуд передернул плечами. Не беда – главное, чтобы угощение понравилось. Он с наслаждением вдохнул ароматы зиры и куркумы, паприки и корицы; улыбнулся, встал и пошел на кухню.

– Вы уж постарайтесь нынче, друзья мои, – сказал Махмуд поварам.

Запах корицы между тем поднимался к помещению на втором этаже, сдать которое под офис Махмуд не оставлял надежд. Действительно: местоположение – лучше не придумаешь, район престижнейший. Почему бы второй этаж не снять какому-нибудь рекламному агентству? Не реже раза в неделю Махмуд показывал помещение потенциальному клиенту, но почему-то ни один не спешил заключить договор столь выгодной на первый взгляд аренды.

Махмуд из кожи вон лез – перекрасил стены, когда несостоявшийся клиент назвал помещение мрачноватым, нанял профессионалов из клининговой компании, когда другой клиент пожаловался на запах тления. В отчаянной попытке придать комнате свежий вид Махмуд даже заменил паркетные полы. Новые светильники, новые двери, новый ковер… Все усилия шли прахом, арендаторы один за другим срывались с крючка.

Стоило потенциальному клиенту шагнуть через порог, он начинал ежиться и бормотать: «Что-то здесь как-то холодно». Махмуд извинялся – мол, несколько месяцев отопление не включали. Он лгал. Отопление работало, но воздух бог весть почему не нагревался до такой температуры, которую сам Махмуд назвал бы подходящей. Над Махмудом трунили сантехники и газовики – он надоел им частыми вызовами. Стоило явиться специалистам, как батареи начинали исправно работать.

Махмуд ломал голову над этим феноменом и наконец стал склоняться к мысли, что на верхнем этаже орудуют привидения.

Чем, если не присутствием нечистой силы, объяснить шаги, которые регулярно слышат официанты и повара Махмуда; чем объяснить запах свежемолотого кофе? Одна официантка уверяла даже, будто сверху доносился мужской голос.

А еще… еще иногда – очень редко – по ступеням поднимались обычные с виду люди. В помещение на втором этаже был отдельный вход, невидимый из ресторана, однако Махмуд, едва заслышав шаги, выскакивал навстречу потенциальному арендатору – лишь для того, чтобы убедиться: в помещении пусто. Вот и несколько дней назад посудомойка, девчонка лет восемнадцати, с панковским розовым «ирокезом» и ослепительной улыбкой, чуть припоздала, влетела в кухню и ошарашила сообщением: по лестнице поднимается хорошо одетая молодая женщина, в руке у нее флайер лавандового оттенка. Мрачный Махмуд поспешил на второй этаж, но в несостоявшемся офисе, конечно, никого не было, только пахло свежайшим кофе и дорогими духами.