Читаем Глубина полностью

Энни искала на дверях номера, но все они сливались воедино. Она не могла ничего понять. Где они? Мэдди сказала, что хочет пройтись в ее сопровождении, чтобы не заблудиться, но настойчиво вела сама, и Энни уже так запуталась, что вряд ли смогла бы найти дорогу назад.

– А теперь скажите-ка мне, мисс Хеббли, откуда вы родом? Произношение у вас, как я слышу, не британское.

Не допускайте излишней фамильярности с пассажирами.

– Из маленькой деревушки в Ирландии. Вы вряд ли ее знаете.

– Полагаю, вы правы, поскольку я не бывала в Ирландии. А как насчет ужасов беременности? Тут мы с вами похожи? У вас есть дети?

Вопрос ее почему-то обеспокоил, вызвал в животе холодок.

– Нет, мэм, – ответила Энни медленно. – То есть Мэдди. Ребенка нет…

– И мужа тоже нет? – допытывалась та. – Или… возлюбленного?

– Нет, Мэдди. – Вихрь внутри становился все холоднее, в груди намерзал лед.

– Да, видимо, и правда нет.

– Что вы имеете в виду? – тихо спросила Энни.

– А, просто… есть в вас нечто весьма… нетронутое.

– Нетронутое? – повторила она, хотя знала, о чем говорит эта богатая наследница.

– Невинное. Вы как дитя.

Энни затошнило. Господь благоволит хорошим девочкам, Энни.

– Но, разумеется, – продолжала Мэдди, – у вас есть интересы, не так ли, мисс Хеббли? Хобби? Практики?

– Практики?

– Верования – ну вы поняли. Вы, к слову, верите в духов?

Они добрались до безлюдной задней лестницы.

– Думаю, нам пора бы развернуться, – тихо произнесла Энни. – Вряд ли вам захочется подниматься и спускаться по стольким ступенькам. Это наверняка для вас вредно.

– О, напротив. Давайте сходим на разведку, – отозвалась Мэдди со странной решимостью. Как будто притворялась довольной, а на самом деле привела Энни сюда с некой целью. Но это ведь невозможно, правда?

Или же вся жизнь – одна большая невозможность?

И вновь Энни почувствовала, что больше не понимает, где правда, а где нет. Она понимала лишь то, что не ощущает себя в безопасности.

Они медленно спустились по лестнице, которая увела их дальше в темноту корабля.

– Я все хотела вас кое о чем спросить, – вдруг произнесла Мэдди.

А вот и она, причина, по которой миссис Астор ее вызвала. Энни замерла в ожидании.

– Когда вы пришли в каюту мистера Стеда два дня назад… за врачом. Что вы… ну, я хотела бы узнать, что вы увидели. И объяснить, что мы там делали.

Энни и так знала. Она помогала Стеду собрать все необходимое. Но все равно выслушала.

– У нас был спиритический сеанс. Чтобы вызвать духов. В основном забавы ради… Кто-то сказал, что слышал голос, зовущий из воды, что-то в таком роде. Но затем появились вы, а потом Тедди…

– Я очень сожалею о случившемся, миссис Астор. Вы, должно быть, ужасно себя чувствовали, – осторожно произнесла Энни.

Мэдди крепче стиснула ее руку.

– Да, но дело не только в этом. Я считаю, здесь таится опасность. Нечто на борту желает причинить нам всем вред. Разве вы время от времени этого не чувствуете?

Энни хотелось возразить, сказать Мэдди, что ее тревога глупа и необоснованна.

Однако она сама как раз этим утром говорила мистеру Стеду, что верит в то же самое.

Просто совпадение?

– Я не отрицаю… – медленно проговорила Энни, пытаясь придумать ответ, который мистер Латимер счел бы уместным. – Я не отрицаю, что иногда на корабле такого размера можно чувствовать себя очень… уязвимо.

– Будто в западне, вам не кажется? Никому не спастись, если произойдет нечто ужасное.

Энни и правда чувствовала себя как в западне. Особенно сейчас.

– Наверное, нам стоит вернуть вас в постель, – мягко произнесла она.

Мэдди резко остановилась.

– О-о, смотрите!

Они оказались, поняла Энни, совсем рядом с бассейном. Он, разумеется, в такой час не работал, однако в дверях были круглые окошки, которые мерцали зелено-голубоватым светом ламп вокруг бассейна. Вид был потусторонний.

– Пойдемте, – шепнула Мэдди, толкая створку.

Та поддалась. Энни знала, что двери в общие комнаты запирают редко. Библиотека, курительные и игровые, даже детская комната: для пассажиров открыто все. Вернее, для пассажиров первого класса.

– Давайте сходим. Для беременности это полезно, – заявила Мэдди, протискиваясь в двери.

– Нам не следует… – заикнулась Энни, но стало очевидно, что Мэдди не собиралась ее слушать.

Энни последовала за дамой в безлюдное помещение. Оно было огромным. Выложенные белой плиткой стены зловеще светились в полумраке. Свет отражался от мягко плещущей воды, играл беспорядочными пятнами на потолке, создавая впечатление, что там есть что-то живое, некий поджидающий в тенях зверь.

Мэдди расстегнула тяжелое пальто, сбросила его на стул. Затем стянула через голову ночную рубашку – просторную, прозрачную и, несомненно, сшитую из тончайших импортных тканей. Богатейшая женщина мира стояла перед Энни в одних панталонах и шелковой камисоли.

Энни не оставалось ничего иного, кроме как опуститься на колени и помочь ей снять туфли.