Читаем Глобальные трансформации современности полностью

Идеологи «нового гуманизма» как современного космополитизма выдвинули концепцию глобальной солидарности, общей судьбы человечества. Суть провозглашаемой ими революции «мировой солидарности» заключается в трансформации сознания, переориентации людей на гуманистические ценности, в результате чего должен появиться некий «новый глобальный этос», основой возникновения и существования которого являются принципы ответственности и солидарности, а также должен возникнуть «новый стандарт гуманизма» как норма поведения человека и характерная черта государственной политики. В результате будет создан новый международный порядок и построено новое мировое сообщество.

Сущность современного космополитизма отчетливо прослеживается в целях его основных идеологов — идейных предшественников и представителей «нового гуманизма». О. Рейзер в своем кодексе «нового гуманизма» прямо сформулировал идею создания Соединенных Штатов Мира с целью осуществления «фундаментальных изменений в политической и экономической системе, осуществления полицейской власти и принуждения всех к принятию общих решений». Соединенным Штатам Мира должно быть присуще «глобальное планирование, глобальное мышление в оценке экономических и политических проблем»808.

Будучи приверженцами идеи конвергенции, «новые гуманисты» считали, что грядущая универсальная цивилизация должна будет соединить черты различных политических, экономических и религиозных систем, причем основой для конвергенции виделись принципы гуманизма. Они утверждали, что мир сначала нужно подготовить к десуверенизации как первому шагу на пути создания нового мирового порядка, а затем крупные страны должны показать пример, в одностороннем порядке отказавшись от определенных специфических аспектов своего суверенитета, а после этого уже необходимо перейти к созданию мирового правительства809.

В пользу идей глобального управления приводятся самые различные аргументы, среди которых можно выделить следующие:

• мировое сообщество представляет собой функционально взаимосвязанную целостную систему, складывающуюся из множества подсистем различного уровня и конфигурации;

• у человечества в XX веке, особенно с вступлением в ядерную эру, появились общие интересы, которые выше любых частных интересов;

• общие интересы получают моральную санкцию в новой универсальной системе ценностей, таких как мир, экономическое благополучие, социальная и политическая справедливость, экологическая безопасность, самореализация личности;

• эти интересы и ценности могут быть выражены как общие цели человечества, осознание которых, прежде всего политической элитой, является необходимой предпосылкой разумного вмешательства в стихийные процессы общественного развития.

Современные сторонники космополитического универсализма придерживаются той точки зрения, что ныне процесс образования новых цивилизационных миров завершился, наступил «конец истории» и мир вступил или стоит на пороге единой общечеловеческой цивилизации. Примечательно, что Г. X. Шахназаров связывает ее становление с разрушением СССР: «Само сообщество, которое мы называем мировым, становится по сути именно таким только теперь, после того, как вберет в себя все составные компоненты миропорядка. Причем «соединение» Востока и Запада, как принято называть, представляет собой лишь первый этап грандиозной операции, за которым последует другой, может быть, еще более сложный, а именно — интеграция Севера с Югом. Иначе говоря, речь идет о мировом процессе становления новой цивилизации»810.

Не удивительно, что именно конец XX века ознаменован новым всплеском космополитического универсализма. Его апофеозом можно считать Хартию Земли, текст которой разрабатывался десять лет и был одобрен Международной комиссией по Декларации Земли при ЮНЕСКО в марте 2000 года. В этом документе изложены основные принципы устойчивого развития как «общепринятые стандарты, которыми должны руководствоваться все люди, организации, деловые круги, правительства и транснациональные институты и по которым должна оцениваться их деятельность»811.

Распад СССР и победа Запада в холодной войне привели к возникновению неомондиализма, представленного прежде в сего доктринами Фрэнсиса Фукуямы и Жака Аттали. Американский исследователь Ф. Фукуяма в начале 90‑х гг. в статье «Конец истории» предложил такую версию мирового исторического процесса, согласно которой человечество от темной эпохи «закона силы» и нерационального менеджирования социальной реальностью двигалось к наиболее разумному порядку, воплощенному в современной западной цивилизации, капитализме, рыночной экономике, либерально–демократической идеологии812. Падение СССР для него — это падение последнего бастиона «иррационализма», с которым связано окончание истории и начало особого планетарного существования под знаком Рынка и Демократии, объединяющих мир в отлаженную рационально функционирующую машину.

Перейти на страницу:

Все книги серии Цивилизационная структура современного мира

Глобальные трансформации современности
Глобальные трансформации современности

Издание представляет собой результат комплексного осмысления цивилизационной структуры мира в плоскостях мир–системного и регионально–цивилизационного анализа. В книге публикуются материалы исследований: формирования и основных направлений трансформации современной цивилизационной структуры в ее вариативности и региональности; актуальных проблем и противоречий развития человечества. Первый том посвящен вопросам глобальныThх трансформаций современности.Издание рассчитано на научных работников, преподавателей и студентов гуманитарных факультетов, всех, кто интересуется перспективами развития человечества.

Николай Васильевич Фесенко , Павел Владимирович Кутуев , Олег Борисович Шевчук , Максимилиан Альбертович Шепелев , Игорь Николаевич Рассоха

Обществознание, социология
Макрохристианский мир в эпоху глобализации
Макрохристианский мир в эпоху глобализации

Книга представляет собой осмысление генезиса, характерных черт и современных трансформаций Западной, Восточнославянско–Православной и Латиноамериканской цивилизаций, объединяемых под общим понятием «Макрохристианский мир», а также нынешнего состояния зон его стыков с Мусульманско–Афразийской цивилизацией (Балканы, Кавказ, Центральная Азия). Структуры современного мира рассматриваются в динамике переходного периода, переживаемого сегодня человечеством, на пересечении плоскостей мир–системного анализа и регионально–цивилизационного структурирования. На широком экономическом, политологическом, социологическом, историческом материале анализируется формирование и основные направления трансформации современной цивилизации в их вариативности и региональном своеобразии; выделяются основные проблемы и противоречия цивилизационного развития Макрохристианского мира. Особое внимание уделено соотношению взаимосвязанных и взаимообусловленных тенденций глобализации и регионализации, осуществляющемуся преимущественно на цивилизационных основаниях.Рассчитана на научных работников, преподавателей и студентов общественных и гуманитарных факультетов высших учебных заведений, всех, кто интересуется судьбами и перспективами современного человечества.

Василий Прохорович Кириченко , Рустем Наильевич Джангужин , Сергей Леонидович Удовик , В. О. Маляров , Александр Яковлевич Маначинский

Обществознание, социология

Похожие книги

Политическая история русской революции: нормы, институты, формы социальной мобилизации в ХХ веке
Политическая история русской революции: нормы, институты, формы социальной мобилизации в ХХ веке

Книга А. Н. Медушевского – первое системное осмысление коммунистического эксперимента в России с позиций его конституционно-правовых оснований – их возникновения в ходе революции 1917 г. и роспуска Учредительного собрания, стадий развития и упадка с крушением СССР. В центре внимания – логика советской политической системы – взаимосвязь ее правовых оснований, политических институтов, террора, форм массовой мобилизации. Опираясь на архивы всех советских конституционных комиссий, программные документы и анализ идеологических дискуссий, автор раскрывает природу номинального конституционализма, институциональные основы однопартийного режима, механизмы господства и принятия решений советской элитой. Автору удается радикально переосмыслить образ революции к ее столетнему юбилею, раскрыть преемственность российской политической системы дореволюционного, советского и постсоветского периодов и реконструировать эволюцию легитимирующей формулы власти.

Андрей Николаевич Медушевский

Обществознание, социология
Возвратный тоталитаризм. Том 2
Возвратный тоталитаризм. Том 2

Почему в России не получилась демократия и обществу не удалось установить контроль над властными элитами? Статьи Л. Гудкова, вошедшие в книгу «Возвратный тоталитаризм», объединены поисками ответа на этот фундаментальный вопрос. Для того, чтобы выявить причины, которые не дают стране освободиться от тоталитарного прошлого, автор рассматривает множество факторов, формирующих массовое сознание. Традиции государственного насилия, массовый аморализм (или – мораль приспособленчества), воспроизводство имперского и милитаристского «исторического сознания», импульсы контрмодернизации – вот неполный список проблем, попадающих в поле зрения Л. Гудкова. Опираясь на многочисленные материалы исследований, которые ведет Левада-Центр с конца 1980-х годов, автор предлагает теоретические схемы и аналитические конструкции, которые отвечают реальной общественно-политической ситуации. Статьи, из которых составлена книга, написаны в период с 2009 по 2019 год и отражают динамику изменений в российском массовом сознании за последнее десятилетие. «Возвратный тоталитаризм» – это естественное продолжение работы, начатой автором в книгах «Негативная идентичность» (2004) и «Абортивная модернизация» (2011). Лев Гудков – социолог, доктор философских наук, научный руководитель Левада-Центра, главный редактор журнала «Вестник общественного мнения».

Лев Дмитриевич Гудков

Обществознание, социология / Учебная и научная литература / Образование и наука
Русофобия
Русофобия

Имя выдающегося мыслителя, математика, общественного деятеля Игоря Ростиславовича Шафаревича не нуждается в особом представлении. Его знаменитая «Русофобия», вышедшая в конце 70-х годов XX века и переведенная на многие языки, стала вехой в развитии русского общественного сознания, вызвала широкий резонанс как у нас в стране, так и за рубежом. Тогда же от него отвернулась диссидентствующая интеллигенция, боровшаяся в конечном итоге не с советским режимом, но с исторической Россией. А приобрел он подлинное признание среди национально мыслящих людей.На новом переломном витке истории «Русофобия» стала книгой пророческой. Прежние предположения автора давно стали действительностью.В настоящее издание включены наиболее значительные работы И. Шафаревича советского периода.

Игорь Ростиславович Шафаревич

Обществознание, социология