Читаем Глобальные трансформации современности полностью

Такой экскурс в область социологии знания — необходимая составляющая реконструкции истории социологической теории и осознания роли как персоналий социологов–теоретиков, так и отсутствия их в социологическом дискурсе. Представленный выше анализ восприятия идей Вебера на постсоветском пространстве убедительно демонстрирует необходимость синтеза исследовательских программ, синтеза, позволяющего выйти за горизонт одной парадигмы и освободить социальный анализ и от апологетичности, и от безосновательного критицизма, что, в свою очередь, даст возможность избежать априоризма при определении исторической роли тех или иных социальных сил в развитии общества. Хотя Франк и не принадлежит к авторам, обделенным вниманием, исследование его идей с позиций синтеза предпринимается впервые, хотя именно такой подход (в духе гидденсового «за пределами правых и левых») способствует преодолению жестких теоретических, идеологических дихотомий, доставшихся в наследство от противостояния ленинских и либеральных режимов времен холодной войны.

Наверное, не будет преувеличением утверждать, что имя А. Г. Франка как социолога в первую очередь ассоциируется с его концепцией развития недоразвития. Предложенная в 60‑х годах минувшего столетия, эта теория революционизировала взгляды на факторы отсталости третьего мира и даже некоторое время служила в качестве «идеологии» левых интеллектуалов, которые старались объяснить истоки такого недоразвития и преодолеть его.

В работах периода разработки теории зависимости и развития недоразвития А. Г. Франк предлагает рассматривать отсталость третьего мира не как имманентный феномен, присущий обществам географического ареала за пределами Запада из–за их социокультурной отсталости (ориентация на предписание, например), доиндустриальной экономики и структурной недифференцированности, в особенности в политической сфере (то есть из–за их традиционности в терминах классической парадигмы модернизации или из–за нахождения на низшей, феодальной формационной ступени — с точки зрения исследователей–марксистов), а как результат влияния капиталистического Запада на прочий мир, влияния, которое приобрело форму колонизации.

Соответственно, А. Г. Франком отбрасывались рецепты преодоления этой отсталости, которые предлагались как первой фазой исследовательской программы модернизации (переход к модерному обществу с помощью копирования западных образцов), так и марксизмом (борьба за буржуазную революцию, которая приведет к формированию пролетариата, способного осуществить социалистическую революцию). По мнению А. Г. Франка, предложенные пути были ошибочными, поскольку они игнорировали факт высокого развития многих неевропейских цивилизаций, а также не принимали во внимание невозможность имитации западной траектории развития в радикально иных условиях, которые были созданы колониализмом.

Разрабатывая свою концепцию, А. Г. Франк надеялся, что теория зависимости и развития недоразвития станет голосом периферии и ее ответом — вызовом интеллектуально–идеологической гегемонии Запада. Другой пионер этой теории, бразильский социолог Теотонио Дос Сантос, находившийся под большим влиянием франковских идей, предложил такое определение феномена зависимости: «под зависимостью мы понимаем такую ситуацию, когда экономика определенной страны определяется развитием и экспансией другой экономики, при этом первая подчинена второй. Отношения взаимозависимости между двумя или большим количеством экономик приобретают форму зависимости в тех случаях, когда некоторые страны (господствующие) могут расширяться и быть самодовлеющими, в то время как другие страны (зависимые) могут делать это только способом, являющимся реакцией на экспансию первой группы стран, а это, в свою очередь, может иметь как положительное, так и отрицательное влияние на их развитие»352.

А. Г. Франк формулировал положения своей теории на фоне глубокого кризиса политико–экономической парадигмы Экономической комиссии ООН по Латинской Америке, которая была основана в 1947 г. и пик влияния которой пришелся на 50‑е годы минувшего века. Предписания последней требовали от латиноамериканских правительств протекционистской экономической стратегии и индустриализации с целью импортзамещения (import substitution industrialization). Впрочем, ожидания, что следование этим рекомендациям обеспечит стабильное экономическое возрастание, благосостояние и демократизацию, не оправдались. Идеолог Экономической комиссии ООН по Латинской Америке Р. Пребиш настаивал на необходимости протекционистских тарифов на начальной стадии индустриализации, а также на важности импорта капитала.