Читаем Глина полностью

Подглядывая через матовое стекло, я чувствовал себя хищником, осторожным, подкрадывающимся. В комнате заговорщики. Кто-то сидел, кто-то нервно расхаживал.

Троих я узнал без труда. «Королева», Джинин Уэммейкер, Джеймс Гадарин, выступающий за возврат к прежней жизни, которая у каждого была лишь одна. Эти двое — реальные. И Фаршид Лум, борец за эмансипацию, требующий предоставления существам-однодневкам права голоса. Его двойник очень похож на оригинал — то же честное лицо.

Еще трое явились в обличье невзрачных дитто, но их имена нам уже известны — дельцы, желающие сохранить контроль за грядущими переменами в дитто-технологиях.

За кем из них стоит понаблюдать?

Ответ ясен. Маэстро кладет ногу на ногу, и бедный пуританин Гадарин возмущенно отворачивается. Но через пару секунд все же косит глаза в ее сторону.

Краснея от смущения! Все, подпал под чары. Горемыка.

Но, конечно, маэстро хороша. Каждое ее движение, каждый жест, каждая реплика возбуждают в мужчинах те садомазохистские желания, которые и хотят испытывать миллионы ее поклонников.

А я? Пускаю слюни, подглядывая в окно. Мне это тоже нравится!

— Как все изменилось, — заметил Каолин. — Боеголовки с вирусом…

— Перестаньте, — перебила его Клара. — Шестеро военных попали в тюрьму. Но оборонное ведомство, истеблишмент…

— Нет, я имею в виду, как все изменилось здесь. — Каолин сделал неопределенный жест.

— А-а, вы говорите о себе-реальном…

— Более десяти лет недоброжелатели и дураки высмеивали мой образ жизни. Но после того, как люди узнали, что едва не погибли, ко мне за советом обратились уже тысячи. Я подумываю над тем, не начать ли новый бизнес.

— Помогать людям прятаться от мира? — спросила Клара.

— Можно и так сказать. Не обижайтесь, майор, но ваша миссия по восстановлению общественного доверия обречена. Безумная попытка Йосила освободить души и наше чудесное спасение открыли мне истину.

— Какую же?

— Развитие техники и технологий угрожает человечеству гибелью.

— Так было всегда. И что?

— Нас встряхнули! Заставили очнуться! Прозреть! Органическая плоть уязвима, и вам это известно лучше, чем многим!

Каолин ткнул в меня пальцем. Органический человек покраснел бы, разрумянился, а вот у дитто появилось сердитое сияние, выявившее уже знакомые мне мелкие крапинки.

Его подновляли. Часто.

Заметил я и небольшой шрам в том месте, где шея переходит в плечо. Когда же он появился? Две недели назад. Сколько же это жизней назад?

Никак не могу оторваться от Уэммейкер!

Странно. Ее прелести всегда казались Альберту отвратительными. Но у меня немного другой вкус. Наверное, из-за того, что телом обеспечивал Пэл! Встраивал всякие штучки и поднастроил меня на сексуально озабоченный лад. Большое тебе спасибо, друг. Впрочем, лекарство у меня есть. Надо подумать о том, как я похож на Гадарина!

Вот и все, излечился. Запомнить на будущее: никогда не влезать в тело какой-нибудь ласки. Пусть просят других.

Наш хозяин успокоился, вздохнул.

— Иногда я жалею о том, что Бевисов и Йосил вообще явились в мою студию с предложением вдохнуть душу в моих анимационных кукол.

— Шутите. — Клара многозначительно обвела взглядом вокруг.

— Шучу? Я уже успел убедиться, какой вред приносят открытия, когда становятся достоянием масс. Книгопечатание, кибернетика, биоинженерия — все становилось проводником порнографии и грубости.

Кажется, он говорил то же самое, когда я был здесь в прошлый раз? Провал в памяти?