Читаем Глина полностью

Ты ведь, конечно, не рассчитывал выйти из этой переделки невредимым? Никакой разум, привязанный к биологическому телу, не может, взглянув на новые горизонты души, остаться прежним.

Позабудь о тех симптомах, которые ты считал признаками болезни. Вскоре ты поймешь, что с твоим животным естеством, служившим преданно и верно, все в порядке. Ощущения, принятые тобой за проявления болезни, будут диагностированы как естественные боли разъединения.

Тело будет жить. Впечатанные в него инстинкты даже не станут жаловаться, когда ты двинешься дальше.

Так или иначе, нам есть, чем заняться! Например, уяснить природу времени.

Ты заметишь, что оно как бы застыло вокруг нас. Даже маятник Йосила остановился на полушаге, а сумасшедший дитто замер с разинутым в сердитом крике ртом. Это — ортомиг. Сейчас осязаемее реальности. Узкая подвижная щель, в которой органические существа могут двигаться, действовать и воспринимать. Великие мыслители всегда знали, что время должно перемещаться, как и все остальное.

Но живые организмы, Альберт, не могут примириться с парадоксом.

Несоответствия причины и следствия опасны и вредны, как мог созидательный гений эволюции сотворить свое медленное чудо — постепенное превращение химических элементов в одушевленные существа — без огромного числа проб? Реальному миру необходимы последовательность и многочисленные неудачи, чтобы естественный отбор делал свое дело, создавая сложный порядок из хаоса. Это и есть ответ на загадку Боли. Поэтому нельзя слишком натягивать ткань времени. Достаточно небольшого щипка, чтобы мы продолжали движение по спирали, помогая создавать себя.

Растерялся? Непонятно?

Все прояснится, когда мы немного отступим назад… на неделю… к вечеру понедельника.

Нет, не пытайся идти обычным путем.

Сделай так: возьми упрямство. Смешай с небольшим количеством романтического азарта. Готово? Если да, то получишь зеленого дитто, которым ты был в тот вечер. Раненый, загнанный в угол, он пробирался по Одеон-сквер, преследуемый врагами, обстреливавшими тебя камнями.

Не старайся вспоминать. Предчувствуй! В этом измерении так легче.

Скоро ты поймешь необходимость этого.

Зеленый должен выжить, но сам.

Нужно лишь небольшое вмешательство. Достаточное, чтобы немного сдвинуть вероятность. Нечто незначительное, такое, что остается без внимания.

Итак, вперед. Эксперимент. Вскоре, в критический момент, ты решишь послать мысленный сигнал официанту, обслуживающему посетителей ресторана, чья нерасторопность отвлечет внимание от тебя.

…но только осторожно! Даже малейший толчок порождает колебания, волны. Ты еще это увидишь. Присмотрись, как разлетаются тарелки…

Потом у одного из твоих «Я» зашевелятся смутные подозрения. Случившееся будет беспокоить его, как больной зуб. Как я уже сказал, парадокс заставляет умных животных нервничать.

Йосил Махарал, при всей его гениальности и всех недостатках, вообразил, что сможет лепить исходный материал духовной, реальности так же, как глину, по своему желанию.

Но ты увидишь — этот материал куда нежнее, чем представлял себе бедняга Йосил.

Наша следующая остановка — перескочим через один день — покажется еще более странной. Мы на пустынной дороге, вдали от города, и кто-то поднимает некое непонятное оружие, собираясь уничтожить сидящих в машине. Да, это серебристый дитто, импринтированный Энеем Каолином. Отметь также резкий запах страха. Все идет не так, как ему хотелось бы. Не надо зондировать слишком глубоко! Не опускайся до таких мелочей, как кто, почему, что и где. Забудь о мотивах и преступлениях. Пусть детективную работу реального мира выполнит твой преемник. Тебя это больше не касается. Вот то, что, как я и предсказывал, ты захочешь сделать. Понаблюдать за тем, как разворачивается ситуация с засадой.

Обрати внимание и оцени, как искусно, ловко, грациозно маневрирует реальный Альберт, стараясь избежать столкновения, как жмет на газ, видя, что Платиновый целится в него и… стреляет! В линейном времени это случилось несколько дней назад, но впечатления так свежи!

Можешь предсказать, что будет потом? Вскоре ты поймешь, что там, под сияющими над пустыней звездами, нет никого, кто сохранил бы сознание. Оглушенные, сидящие в кабине Альберт и Риту не заметят, как ты воспользуешься тем, что осталось от Каолина, проникнешь внутрь, возьмешь управление «вольво» на себя…

…и отведешь машину в узкий овраг, скрытый от любопытных глаз граждан, которые из жалости могли бы слишком быстро направить туда спасателей.

Ты отвлекаешься.