Читаем Глина полностью

Итак? Если пилотом «харлея» был не Бета, то тогда кто?

Кто-то, кто хотел проследить за Риту Махарал и найти убежище ее отца.

Кто-то, кто сумел с подозрительной легкостью обнаружить «вольво» в пустыне.

Кто-то, кто, должно быть, хорошо изучил Бету, чтобы выдавать себя за моего злейшего врага, кто знал обо всем случившемся у королевы Ирэн.

Кто-то, кто быстро получил сведения о моей и Пэллоида встрече с Гадарином, Лумом и Пэлом и успел прислать в Диттотаун отряд бандитов.

С учетом этого можно было объяснить и то, как нам с «Бетой» посчастливилось бежать от «восковых» после их налета на явочную квартиру Пэла. Побег был спланирован. Отсюда и своевременное, в последний момент, появление скутера. Я понял это еще тогда, а теперь…

Я моргнул (хотя веко уже отвалилось), чувствуя, что приблизился к разгадке.

Фактически…


Впрочем, какое теперь это имеет значение. Когда ракеты ударят по городу, кого будут интересовать детали? На первое место выйдет вопрос выживания.

— Восстановление завершено на восемьдесят процентов.

Ну…

Лежа на полу, я знал, что пришла пора отправляться на рандеву с мусорным баком. Хватит воевать. Растворение принесет облегчение.

Время настало превратиться в пятно на полу.

Я уже приготовился…

Но тут что-то щелкнуло, и на экране вспыхнули красные слова тревоги.

— Повреждение командного источника. Дисплей пусковой установки только что не фыркнул от возмущения.

— Нет подтверждения кода запуска.

— Напоминаю: согласно инструкции необходимо повторное подтверждение кода запуска вне пределов установленной боевой зоны. Повторить или запросить запасной сервер?

Какие мы важные! Однако когда машина начала останавливаться, я отнесся к ее решению с полным одобрением. Ракеты с малиновыми боеголовками убрались на свои ложа, а я подумал: «Неужели все закончилось?»

Не совсем. Дроны-ремонтники упорно трудились над моей бывшей ногой. Кроме того, связь с командным источником могла быть восстановлена в любую минуту. И тогда мне уже нечем будет остановить страшный процесс. Что-нибудь придумаешь.

— А?

А я уж думал, что мой зануда исчез.

— Так, значит, ты вернулся?

Я и не уходил.

Ладно, это уже не важно. Важно то, что ты снова двигаешься. Двигаюсь? Куда? А главное… как?

Похоже, протестовать было бессмысленно. В любом случае ответ я уже знал. Просто он мне не нравился.

Год назад.

Вниз. По жутким каменным ступенькам. Но теперь без ног. Опираясь на единственную измученную руку и помощь гравитации.

Назад. Туда, где я еще, может быть, пригожусь. Как будто у меня есть хотя бы один шанс на тысячу.

Ладно, по меньшей мере теперь там хотя бы светло. В окно бьет свет еще одного дня. Дня, который я и не надеялся увидеть.

Вот так-то.

Во всем есть что-то приятное.

Предлагаю пошевеливаться.

Как бы я хотел придушить этого брюзгу. Но чтобы придушить, нужны две руки. И шея.

И я сделал наилучшее из того, что еще оставалось. Я стал шевелиться.

Глава 66

Е PLURIBUS PLURUBUS

…и все вместе…

Меньше четырех минут прошло с того момента, как Риту, Бета и реальный Альберт вошли в подземную лабораторию и остановились, увидев нечто вроде цирковой арены с раскачивающимися качелями, сумасшедшим фокусником-импресарио и парой аляповатых клоунов, пришпиленных по углам. Что еще?

А еще… вполне осязаемое искривленное пространство, в котором билась, набирая силу и готовясь выплеснуться, сконцентрированная энергия. В эти минуты внизу шла битва, победитель которой смог бы импринтировать новую волну, превратиться в бога.

Кто же в конце концов обретет контроль над неведомой территорией души? Гений, нашедший к ней дорогу? Или тот, чей талант делает его пригодным как раз для этой работы?

Участники сражения даже не подумали о третьем варианте. Им и в голову не пришло, что новый континент не так уж и пустынен.

Может быть, там уже кто-то есть.


Как и большинство издаваемых органическими людьми значимых звуков, слово «уже» несет в себе скрытые подтексты. Возьмите, например, прошедшее и настоящее время — повествовательные уловки, помогающие поддержать миф о линейном времени.

Тебя это, однако, не касается. Тебя, кто был/были/есть/будут Альбертом. Твоя история — сложна, запутанна и необычна.

Ей нужен особый стиль — гибкий, доверительный, предсказательный.

Так что позволь рассказать, что я предвижу.

Прежде чем сделать что-то еще, избавься от страха.


Ну вот. Ведь легко. Да?

Страхзамечательно полезная штука для биологических существ. Тебе он не нужен.


Далее. Ты осознаешь, что твоя жизнь — какова она есть — подошла к концу.

Перейти на страницу:

Все книги серии Глина

Похожие книги

Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези