Читаем Глина полностью

…а я уже почти смирился с ним. Решил, что тлеющие угольки умирающих человеческих душ, рвущихся в последний миг к полету, к свободе, а потом их пепельные оттиски, вспыхнут не зря, что их безрассудные надежды окажутся вознагражденными, да?

Узрев бескрайний континент Бессмертной Воли, манящий богатством возможностей, стану ли я всерьез беспокоиться из-за кучки водорослей на берегу?

Вот только…

Один из «светлячков» раздражает меня. Как камешек в ботинке. Как гвоздь под задницей! Ландшафт души не измеряется в метрах, но эта искорка была совсем рядом, цепляясь ко мне, как тень. И только теперь я поворачиваюсь, чтобы взглянуть на докучливое пятнышко внимательнее, и обнаруживаю…

…это же я!

Точнее, живой, дышащий Альберт Моррис, источник той самой Постоянной Волны, которую я так усилил. Я ощущаю его физическую близость. Его присутствие, он наполняет пространство всеми своими древними органическими страхами, побуждениями, симпатиями. Нервный и при этом, как всегда, упрямый, он настолько близок, что мы можем соприкоснуться.

Как же так?

ДитЙосил утверждал, что убил Морриса украденной с базы ракетой! Гибель тела должна была освободить душу, сбросить якорь. Я видел новости, видел сгоревший дом и сад… и тем не менее я жив.

Так вот, должно быть, почему моя личность, мое самосознание не стерлось! Волна, исходящая из органического источника, продолжала реимпринтировать…

Великолепно. Я рад, что нахожусь здесь. Но как же теперь? Помешает ли эксперименту присутствие Альберта? Сработает ли якорь, выдержит ли он, когда придет решающий момент, и мы попытаемся взлететь?


Призрак Йосила уже пристегнулся к платформе. В дверь уже ломятся вражеские солдаты, так что оттягивать дальше нельзя. Готовясь запустить маятник, он собирает мужество, чтобы отдать голосовую команду.

— Инициировать заключительную стадию! — кричит Махарал. — Запустить ракеты!

Ну вот. В ожидании схватки я ощущаю уверенность. Что бы ни случилось с городом, моей вины в этом нет. Массовое убийство — не моих рук дело. Карма жертв не может повлиять на меня.

Я такая же жертва, как и все прочие. Верно?

Я сделаю так, что их смерть не будет напрасной.

Глава 58

СВЕТ ДЛЯ ГЛИНЫ

…или как Зеленый начинает понимать…

В проломе виднелась одна-единственная звездочка, помигивавшая, как сигнал готовности, на темной панели машины, занимавшей почти всю комнату. Когда механизм ожил, я не столько услышал гул, сколько ощутил зловещую вибрацию пола. Обтекаемые предметы с мрачными символами на «плавниках» подались к фидеру магазина. Мне не понадобилось много времени, чтобы узнать автоматическую пусковую установку. Черт. Нехорошо. Плохо.

Наверное, тебе стоит остановиться. Мне нужны были не шуточки, а идеи… как это сделать. Как помешать ракетному залпу.

На высоте примерно плеча стоящего человека горели кнопки. Одна из них могла отключить установку. Но как одноногому и однорукому добраться до нее? Зацепиться не за что. Как одноногому и однорукому, распростертому на полу дитто дотянуться до панели?

— Не… могу… — вырывается из моего горла хриплый шепот. — Слишком далеко. Импровизируй.

Я огляделся — ни стула, ни подходящего выступа, ни какого-нибудь инструмента. Ни даже камня, который можно было бы бросить. Дешевая одежда, подаренная Каолином полвека назад, износилась, превратившись в бесполезные лохмотья. Цель захвачена. Наведение.

На «бегущей строке» за грозными словами пошел ряд чисел. Даже в своем плачевном состоянии я узнал расстояние и направление.

Какой-то маньяк собирается ударить по городу!

Наверное, Бета. Конечно, это он убил профессора Махарала, чтобы завладеть лабораторией. Почему? Единственное объяснение — Бета впал в отчаяние, когда его подпольная империя рухнула, и он остался ни с чем. Злодей надеялся учинить хаос, чтобы отвлечь власти неотложными проблемами от поимки дитнэппера.

Беспомощный и отчаявшийся, я лежал на полу, зная, что эта теория бессмысленна и глупа. Но разве это важно? Важно было остановить его. Любым способом. Даже ценой моей жалкой жизни. Я уже пожертвовал рукой. Чем еще я мог…

Крик сорвался с моих потрескавшихся губ. Есть вещи, которые становятся очевидными только после того, как о них подумаешь.

У меня был один инструмент, который еще мог сработать, если поспешить.

Конечно, нелегко… но жизнь вообще — нелегкая штука.

Глава 59

БОЖЕСТВЕННЫЙ ГРИПП

…или как реальный Альберт встречает неприятное известие…

Армия из похищенных боевых големов наконец прорвалась. Пока нас с Риту вели мимо последних павших в сражении роботов-защитников в противоположную сторону на помощь арьергарду. Долго ли они собирались продержаться против сил, наступавших со стороны базы?

Вряд ли. У меня было чувство, что теперь события пойдут в ускоренном режиме.

Так-то оно и лучше. Времени у меня немного.

Перейти на страницу:

Все книги серии Глина

Похожие книги

Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези