Если так, то подозревал ли он о том, что дом под наблюдением? Если да, то уловка удалась. Он всех одурачил, заставив поверить, что находился в доме в момент взрыва. Поразительно! Конечно, возможно, что-то пошло не так, но… не исключено, что Альберт жив!

Хорошая новость, да? Я мог сбросить с себя тяжкое бремя — необходимость в одиночку докапываться до правды. Может быть, сам Альберт и дюжина его верных двойников в этот самый момент уже идут по следам злодеев, смыкая круг в твердой решимости отомстить за сожженный сад. И все же… меня охватило такое чувство, словно что-то ушло. Какое-то время я ощущал свою незаменимость, я играл важную роль. Моя недолгая, жалкая жизнь обрела смысл, значение. Правосудие зависело от того, добьюсь ли я успеха. Мой выбор мог повлиять на судьбу человечества. И что теперь?

Что ж. Мои обязанности просты. Послать отчет. Описать все, что я узнал, и предложить свои услуги тем, кто лучше меня.

Но это совсем не так романтично, как сражаться в одиночку.

Решение пришло, пока я смотрел, как Клара бродит по руинам. Озабоченная судьбой Альберта, а не тем, как идет ее война. Если Альберт жив, он даже не потрудился связаться с ней. Даже не сообщил, что с ним все в порядке!

Может, он предпочел общество прекрасной наследницы Риту Махарал?

Ублюдок.

Иногда надо отойти в сторону, чтобы увидеть себя таким, какой ты есть. Или, еще лучше, стать кем-то новым.

Что ж, возвращаюсь к настоящему. Моя история рассказана. Одну копию отправлю в каше… на случай, если какой-то Альберт пожелает выслушать.

Краткий отчет отошлю мисс Риту Махарал. Она последний наниматель Альберта и, полагаю, должна узнать мое мнение: Эней Каолин — опасный безумец.

Но вообще-то я делаю это для Клары. Это из-за нее я остался под чадрой на десять лишних минут, записывая краткое изложение всего, что видел и слышал за последние два дня. Я делаю это, не обращая внимания на мольбы малыша Пэла, предупреждающего, что каждая лишняя секунда грозит нам опасностью. Нас может обнаружить Каолин или некто неизвестный, некто похуже Каолина.

Ну и пусть. Возможно, мой рапорт не имеет никакого значения. Я разгадал лишь несколько фрагментов головоломки. Дело не завершено.

Может быть, я только продублировал работу кого-то другого, какой-то версии «меня».

Черт, я даже не знаю, куда идти… хотя кое-какие мыслишки у меня есть.

И все же я скажу тебе одну вещь, Клара.

Пока эта душонка живет, я буду помнить тебя. До того момента, пока не попаду в рециклер, у меня есть нечто… и некто, ради чего и ради кого стоит жить.

Глава 33

ЗАТЯНУВШИЕСЯ ВПЕЧАТЛЕНИЯ

…или как реальный Альберт наблюдает парад застывшей жизни…

Ух ты!

Изумительное место.

Чтобы описать то, что я сейчас вижу, надо перейти на настоящее время.

Но все равно… могу ли я воздать должное ему? Тем более что приходится бормотать в крошечный рекордер-имплантат, позаимствованный у мертвого голема. Имплантат, который, может быть, и не функционирует.

Но надо попробовать. Это единственное, что остается. Не так-то много людей имеют возможность наблюдать такой спектакль. Причем вам потом не промоют мозги, чтобы стереть всю память о нем.

Передо мной замерла по стойке «смирно» вся армия, разделенная на отделения. Взводы, роты и полки. Отбрасывая длинные тени, ряд за рядом, эти приземистые крепкие фигуры занимают немалую площадь. Не живые и не совсем безжизненные. Молчаливые, запечатанные в тонкий слой оберточного геля для сохранения свежести в сухом воздухе глубокой подземной пещеры, тянущейся, возможно, на километры. Они ждут приказа, который никогда не поступит, команды включить свет и растопить печи, пробудить легион от сна.

Капрал Чен говорит, что у этого корпуса есть свой девиз:

«Открыть, испечь, служить… и защищать». Нотка юмора, звучащая в девизе, придает мне уверенности. Немного.

Ну, не такой уж это и сюрприз. Слухи о секретной армии, настоящей военной мощи страны, дремлющей, но готовой к бою, ходили всегда. Конечно, генералы и стратеги из Додекаэдрона знают, что двадцати резервных батальонов недостаточно для реальной войны. Все предполагают, что эти гладиаторы представляют лишь верхушку айсберга.

Да, но увидеть такое своими глазами…

— Пошли, — говорит дитто Чен, приглашая нас следовать за ним. — Сюда. Там то, что я обещал.

С тех пор как мы вошли в туннель, идущий куда-то вглубь, под военный комплекс, Риту Махарал только и делает, что стирает с лица краску. Но сейчас ее рука с полотенцем застывает в воздухе, а взгляд прилипает к бесконечным рядам застывших в прозрачных коконах солдат-големов.

— Изумительно. Я понимаю, почему здесь, под базой, создан такой комплекс. Чтобы тренирующиеся солдаты могли быстро импринтировать всю эту силу. Но не понимаю… — Она машет рукой в направлении словно окаменевших бригад. — Зачем так много?

Чен пожимает плечами, принимая на себя роль гида.