Читаем Глазами Чужака полностью

И мужчина, и женщина были в ботинках, одинаковых во всем, кроме размера. Они вместе повернулись и взбежали по холму, повторяя путь женщины вниз. Укия шел по их следам до границы парка, там в грязи обнаружились глубокие следы мотоциклов. Дождя в колеях не было, значит, их оставили уже после того, как он пришел в себя. По этому следу детектив дошел до улицы, но на асфальте грязь высохла, и обновлялся след только тогда, когда владельцы мотоциклов проезжали по лужам; они двигались куда-то в сторону Хоумстеда. Наконец идти дальше стало невозможно. Укия присел на тротуар, касаясь подсыхающей грязи. Часть его рвалась вперед в надежде на то, что рано или поздно след снова обнаружится, однако другая часть уже расслышала невдалеке рев «хаммера» Макса.

Мама Джо в шутку звала его армейской машиной, но Укия знал, что Макс выезжает на «хаммере», когда ему надо справиться с неуверенностью или страхом. Каким-то образом такая смена машин успокаивала старшего детектива: он становился смелее, громче и чаще рассказывал о том, как десантники в свое время надрали задницу Ираку. Возможно, за рулем «хаммера» Макс все еще чувствовал себя частью вооруженных сил. Так или иначе, раз уж Макс вывел «хаммер» из гаража и ищет Укию, лучше оставаться на месте. Макс вооружен и явно нервничает, а ругаться будет так, что молоко скиснет.

Машина быстро подъехала и остановилась рядом; своей приземистой формой и круглыми фарами она неуловимо напоминала рассерженную росомаху. Стекло со стороны водителя опустилось, выпуская наружу море информации в виде запаха, Макс выглянул и наградил Укию долгим странным взглядом, от которого тому сделалось хуже, чем от любого скандала.

— Залезай, — вымолвил наконец детектив. Укия послушно обошел машину и забрался внутрь.

Пистолет сорок пятого калибра, который Макс носил в наплечной кобуре, был недавно почищен, в пепельнице дымилась вишневая сигара, а на ботинках водителя после дозаправки остались пятна бензина. И все это не могло скрыть запах его страха. Укия съежился на сиденье; молчать ему совсем не нравилось, но нарушать тишину он боялся.

Макс сделал крутой разворот и двинулся к центру города.

— Как ты меня нашел?

Укия наконец решился заговорить.

— Маячок. Я же параноик, вот и прикрепил маячок к твоим джинсам.

Макс постучал по открытому ноутбуку, на экране которого двигалась карта и мигал указатель. Он помолчал немного, потом спросил:

— В парке кто-то был, да? Ты вернулся, чтобы все проверить.

Укия кивнул.

— Как ты это понял?

Час назад меня подняли с постели. Полиция. Кто-то убил дежурного следователя и украл из морга тело девушки. Каким-то образом с этой историей связано ФБР — они позвонили в больницу узнать, как твое состояние, и выяснили, что тебя нет в палате. То есть пропало и тело девушки, и частный детектив, который ее убил. Полиция хотела, чтобы я пролил немного света на такое странное совпадение. Я активировал маячок и узнал, что ты бегаешь по Шенли-парку в полной темноте. — Макс снял бейсболку и слегка хлопнул Укию. — Где твоя голова?!

По крайней мере это был все тот же прежний Макс.

— Я хотел проверить след, пока снова не пошел дождь.

— Нет, с головой у тебя точно проблемы! Какого черта ты мне не позвонил?

— Ты бы не выпустил меня из больницы.

— Вот именно! — фыркнул Макс. — Это вам не ребенок, которого украл разведенный отец-неудачник. Мы вляпались во что-то серьезное, Укия. Я проверил девушку — у доктора Дженет Хейз был сверхсекретный допуск, такого простым наркоманам не дают. Да если и дают!.. Она с отличием окончила Мичиганский технологический, наркоману такое не по силам. Я просмотрел вчерашнюю запись. Похоже, девчонка на что-то наткнулась и страшно этому удивилась.

Впереди замаячил красный сигнал светофора. Макс остановил «хаммер» и повернулся к Укии.

— Ее втянули во что-то очень гадкое. Из морга украли ее тело, органы и даже образцы крови. Там не ко времени оказался дежурный следователь, так его, прежде чем убить, еще и искалечили. А ты что делаешь? Бежишь неизвестно за кем — без оружия, без помощи, и никто даже не знает, что ты не в больнице!

— Прости, Макс.

— Очень мило! Мне что, сказать «простите» твоим мамам, когда тебя убьют? «Прости, Джо. Прости, Лара. Я вытащил вашего мальчика в большой и злобный мир, и вот его убили». Да, здорово звучит!

Укия терпеть не мог, когда Макс вел себя с ним как с ребенком. Кто-нибудь другой — еще ладно, но Макс — он же первый начал вести себя с ним как со взрослым! Причем не угадаешь, когда ему взбредет в голову прочесть нотацию. Вроде все идет нормально, а потом раз! — и Укия снова оказывается на месте ребенка.

— Я больше так не буду. Честно. Когда мне придется кого-то преследовать, я возьму пистолет и попрошу помощи.

— Вот так-то лучше. — Макс включил первую передачу и проехал перекресток на зеленый свет. — Полиция просила привезти тебя в контору следователя, как только я тебя найду.

— Зачем?

— Они сказали: либо туда, либо в участок. Идея с участком мне не понравилась — очень уж на арест похоже.