Читаем Глаза Сатаны полностью

— Дон Хуан де Рето, — представился Ивась заранее придуманной фамилией.

— Вы португалец, дон Хуан? Вы ещё плохо говорите, и я так подумал, простите. Что вас привело ко мне?

— Чисто деловые обстоятельства, дон Мигель, — поклонился Ивась, старательно выговаривая слова.

— Тогда прошу к столу. Сегодня хоть и не очень жарко, но выпить никогда не мешает. Проходите, дон Хуан!

Чёрный мальчишка в белоснежной сорочке примчался с чистым стаканом из стекла. Наполнил его красным вином, а хозяин радушным жестом пригласил гостя садиться в плетёное кресло.

— Итак, молодой человек, — поставив недопитый стакан на стол, проговорил испанец. — Я слушаю вас. Но вы так молоды!

— Когда-то начинать надо, дон Мигель, — улыбнулся Ивась. — Мне рекомендовали вас, как продавца рабов, дон Мигель. Я прибыл за этим.

— Гы! Это вконец может меня рассмешить, дон Хуан. Городские вечно придумывают и преувеличивают мои возможности. Всё же обсудить этот вопрос не составит труда.

Появилась сеньора в сопровождении молоденькой сеньориты. Одетые легко, достаточно богато, они приближались к столику от крыльца, видимо заинтригованные гостем.

Ивась встал, помня элементы этикета.

— Дон Хуан, это моя жена, донья Эстер, и дочь, сеньорита Мунтала. Девочки, это дон Хуан де… — простите, не вспомню фамилию, — повернулся он к юноше.

— Де Рето, дон Мигель, к вашим услугам, — и Ивась галантно, как казалось ему, поклонится женщинам.

Хозяин добавил небрежно:

— Он португалец и говорит весьма смешно, не обессудьте его, девочки, — дон Мигель искренне улыбался. Ивась подумал, что этот сеньор должен быть весьма популярен среди женщин.

Женщины сели в такие же плетёные кресла и принялись бесцеремонно разглядывать молодого человека, ничуть не заботясь о приличиях.

Ивась сильно смутился, даже покраснел и ждал, когда женщины дадут ему продолжить переговоры, ещё даже не начатые.

Подошёл Ариас, поклонился, спросил учтиво:

— Сеньор, извозчика отпускать?

— Нет-нет! Мы скоро возвращаемся, Ариас! Пусть ждёт.

— Дон Хуан, об этом не может быть и речи, верно, Эстер? — повернулся он к жене и дочери.

— Разумеется, Мигель, — ответила сочным голосом донья Эстер. — Мы не позволим такому юному кабальеро покинуть нас столь скоро.

— Простите, но я никак не могу остаться, — взмолился юноша. — Это договор, и нарушить его я никак не могу, дон Мигель!

— Юноша, лучше поговорим об этом завтра, а извозчик может уезжать. Эй, Торибио, заплати ему и прогони!

Не успел Ивась возразить, как извозчик уже развернул клячу и погнал к городку, оставив Ивася в растерянности и смятении.

— Вы очень опрометчиво поступили, дон Мигель, — заикаясь, пролепетал Ивась. — Меня в порту ждёт судно, и может случиться так, что оно уйдёт без меня, сеньор де Тояда! Что тогда мне делать?

В голосе Ивася звучали неподдельные нотки отчаяния.

Испанцы с весёлыми лицами принялись успокаивать юношу, а Мунтала с милой улыбкой принялась расспрашивать о жизни в Португалии.

Он прикинулся таким расстроенным, что не смог отвечать, и только вытирал потное лицо и шею цветным платком. Приходилось тщательно прятать огрубевшие на работе руки, он комкал свой платок и тем достигал желаемого.

Так и получилось, что Ивась вынужден был остаться ночевать на этом ранчо, и до глубокого вечера сидеть на веранде в обществе хозяев. Около крутился мальчик лет десяти, сын и наследник дона Мигеля.

Ему отвели комнату с чистой постелью, пологом из кисеи от мошек. На полу положили матрас для Ариаса, но уже без полога. Всё это было для них ново, необычно. Перед сном дон Мигель настоял, чтобы Ивась искупался в небольшом озерце, шагах в двухстах от дома. Это особенно было приятно.

Когда они с Ариасом улеглись, Ивась заметил:

— Чёрт! Всё же богатым быть хорошо, а, Ар! Смотри, как нас устроили? Даже ты, наверное, никогда не спал на такой постели.

Мулат был взволнован, озабочен, но ответил:

— Всё это так… — он поколебался, потом всё же добавил: — Дон Хуан, но в какой сказке можно услышать, что такие, как я могут рассчитывать на подобное?

— Не говори, Ар! У меня есть деньги, у тебя тоже немного. Подумать надо, как не потерять их, не разбросать по ветру, а заставить приносить новые деньги! Что на это скажешь, Ар?

— Дон Хуан… вы не называйте меня так. А то могут услышать и что подумают? Тут надо быть осторожными.

— Ты прав, Ариас. Я как-то забыл. Но что мы будем делать, коль судно уйдёт без нас? Или будут ждать?

— Кто ж его знает! Будем уповать на милость Девы Марии, дон Хуан!

После отменного завтрака, опять с вином, дон Мигель уехал по делам, так и не захотев продолжить вчерашние переговоры.

— Только после сиесты, дорогой мой дон Хуан! Сейчас я сильно занят, а вернусь к обеду. А вы пока развлекайтесь с моей дочерью и супругой, ха-ха!

Ивась проводил испанца недовольными глазами. Подозвал Ариаса.

— Ты должен немедленно идти в город и предупредить наших, что я задержался, и что рабы ещё не куплены. Пусть повременят с отплытием. Я попрошу у сеньоры мула или лошадь для тебя.

Вскоре мул под седлом ожидал мулата. Тот ещё раз выслушал наставления Ивася, вскочил в седло и погнал животное к городку.