Читаем Глаз Горгоны полностью

Она непонимающе сузила глаза, вглядываясь мне в лицо. Пыталась найти скрытый смысл в моих словах. Я очень на неё надеялся. Хотя это было больно. Я должен был всё сделать сам. Только будет ли в этом толк? Я сейчас резко встану, накинусь на Крюгера, пытаясь его задушить наручниками, и время уйдёт. Или хуже, он сможет отбиться и убьёт Фиби. А станция взорвётся к чертям собачьим. Нужно, чтобы Фиби мне немного помогла.

— Что? — переспросил Крюгер.

— Я предупреждал Лускетти. Я долбанных два года положил, чтобы у станции было будущее. Они уволили меня. С позором. Мне плевать, — я, как блаженный, уставился в иллюминатор, изображая сладкое предвкушение. — А даже рад буду.

— Ничего себе, — в голосе Крюгера послышалось замешательство.

— Извините, — тут голос подала Фиби. — Но я всё-таки хочу вернуться к вопросу о баночке, мистер Крюгер. Мне всё ещё хочется в туалет.

Молодец Фиби! Крюгер сразу же отвернулся, а я тут же сдвинулся креслом левее по рельсе, ближе к планшету.

— Терпите, мисс Экспосито, — Крюгер обхатил Фиби за талию, рывком снял с неё водолазку, под которой был верх защитного костюма, и сказал уже мне: — На шлюху тебе тоже плевать?

— Не трогай её, — слова вырывались из моего рта горячими углями, обжигающими и горькими. Я сжал руки в кулаки, и наручники врезались в кожу.

Моё «Не трогай её!» было очень искренним и бессильным. Потому что сейчас, нужно было, чтобы Крюгер отвлекся на Фиби. Чтобы не заметил, что я сдвинулся по рельсе. Как бы мне не хотелось переломать ему руки.

И он не заметил. Ему так понравилась моя поверженная интонация, что он быстро вернулся к Фиби, потрогал её шею.

Я напряг лицо, зажмурился от злости, но двинулся дальше по рельсе. Вскрыл замок наручников, используя пятикратное перекрытие сенсора. Я сам настраивал всё наручники для охранников, и сделал эту комбинацию на случай потери ключа. Замок раскрылся, но я не снимал браслеты, делая вид, что руки всё ещё скованы.

До планшета оставалось всего три метра. Два рывка.

Мельком я увидел, что Крюгер растёгивает Фиби костюм, оголяя спину.

— А если я буду хорошей девочкой, буду терпеть, то… вы не убьёте Зига?

Его грязные руки коснулись её обнажённых плеч. Твою мать, это просто невыносимо. Я подвинулся по рельсе ещё ближе к столу с планшетом. Оставался один метр.

И «До детонации осталась одна минута». Я ощутил, как по лбу скатываются капли пота, как мне больно и противно, от того, что я тут сижу. Пытаюсь спасти станцию. А этот ублюдок лапает мою женщину. Оставался один рывок. А я смотрел только на то, как медленно сползает костюм с плеч, как обескураженно выглядит Фиби.

Один рывок, а за это время Крюгер оставит следы своих грязных рук на коже моей девочки. Злость застилала глаза, и я дернулся.

Только, твою мать, не по рельсе. Я кинулся на уже уверовавшего в свою победу Крюгера сзади, накинул на его шею наручники и начал душить. Рывком оторвал урода от Фиби.

— Планшет! — крикнул я ей, немыслимо сильно надеясь, что она поймёт, что делать.

Фиби

Я ощущала холод от рук Крюгера даже через его перчатки. Ледяными пальцами он провёл линию от шеи до поясницы, будто играл со мной в какую-то смертельно-эротическую игру. И Зиг на это смотрел. Я видела в его глазах плавящуюся, как металл, ярость.

Крюгер потащил лёгкую ткань с двух сторон, и костюм медленно сполз с моих плеч. Я осталась в одном топе. Кожа в миг покрылась мурашками. Я видела, как Зиг за спиной Крюгера, резко поднялся. Доля секунды, и он накинул на шею Крюгера наручники, крикнув мне:

— Планшет!

Голоса небесных тел, я подбежала к столу, схватила планшет. Я очень надеялась, что там будет одна единственная кнопочка «отключить детонацию». Только их были там десятки. И все непонятные. Куда нажимать? Что делать?

Я оглянулась на Зига с Крюгером. Они катались по полу, слышалось рычание и сдавленные стоны. Кажется, Крюгер сумел стянуть удавку с шеи.

Ясно, что Зиг слишком занят, чтобы мне помочь. Голоса небесных тел!

Единственное, что было понятно на планшете — это истекающее время таймера.

Тридцать секунд.

Посередине мигали три кнопки. Синяя. Красная. Зелёная. Почти светофор. И куда жать?

Двадцать секунд.

— Зиг, на какую кнопку жать? — крикнула я. — Красный, синий или зелёный?

А потом я пригляделась внимательнее к планшету. Внизу было написано «автономная элиминация».

Элиминация… что-то знакомое. Я слишком заигралась в глупышку, чтобы снижать бдительность всяких мужиков в пиджаках. А ведь когда-то я хотела снимать что-то серьёзное. Всякие научные фильмы. Политические шоу.

Я же умная. Я должна знать это слово. Элиминация.

Десять секунд.

Зиг не мог мне ничего сказать. Крюгер несколько раз врезал ему по голове, и Зиг сейчас сдерживал его кулак от нового удара. Ведь Зиг же сам мог приблизиться к планшету. Только в это время Крюгер бы меня лапал. Зиг не смог этого выдержать? Поэтому доверил мне такую сложную задачу?

Пять секунд.

Элиминация. Что-то из биологии. Кажется, исчезновение видов? Да?

Не знаю, почему, но я нажала на «автономная элиминация». Доверилась интуиции. Доверилась своему выбору.

И…