«Легенда о розе Альгамбры» дает нам понять, чем обычно занимались знатные испанские девушки в годы правления мрачного меланхолика Филиппа V, если не испытывали мук неразделенной любви. «Между тем бедняжка Хасинта стала бледной и унылой. Она забросила прежние занятья и забавы — не мотала шелк, не трогала гитару, не ухаживала за цветами, не слушала птицу в клетке, и глаза ее, раньше такие ясные, помутнели от тайных слез». Нетрудно убедиться, что чтение, чем так увлекалась пушкинская Татьяна, тогда было не в почете, зато музицирование на гитаре давало блаженство девичьей душе.

Искусным гитаристам в Гранаде было нетрудно снискать интерес прекрасного пола, о чем свидетельствует следующее наблюдение Вашингтона Ирвинга: «Солдат был весельчак и балагур: всякого подходившего к оконцу он награждал шуточкой, а со всякою дамой любезничал. Он раздобыл откуда-то старую гитару, сидел у окна и распевал баллады и куплеты к восторгу женского пола, сходившегося ввечеру на площадку попеть и сплясать болеро».

В рассказе про Лопе Санчеса, подручного садовника, писатель следующим образом характеризует своего жизнерадостного героя: «Был он душою и отрадой всей крепости; кончив работу, он садился на каменную скамью на площади, перебирал струны гитары и тешил старых солдат нескончаемыми балладами о Сиде, Бернардо дель Карпио, Фернандо дель Пульгаре и других испанских героях; а то, бывало, заводил музыку повеселее, и девушки пускались отплясывать болеро или фанданго».

«Легенда о зачарованном страже», в которой изложена история бедного студента, ведущего летом, во время каникул, образ жизни бродячего музыканта, содержит глубокомысленную сентенцию: «В нищенстве его нет ничего постыдного — ведь многие ученые люди в Испании с этого начинали; а если, как наш студент, он еще недурен собой и наделен веселым нравом да вдобавок умеет играть на гитаре, то крестьяне почти всегда встречают его радушно, а их жены и дочери — с кокетливой улыбкой».

Цитирование всех фрагментов, упоминающих гитару, заняло бы слишком много места, поэтому хочется завершить этот краткий обзор на высокой ноте. Описывая очередное многолюдное торжество в графских покоях, Ирвинг, внимательный и скрупулезный наблюдатель, отметил: «После пирушки мы перебрались в Посольский Чертог. Здесь каждый старался внести лепту в общее веселье: пели, импровизировали, рассказывали удивительные истории, плясали народные танцы под звон гитары, этой вездесущей услады испанского сердца».

Вот они, самые точные, торжественные и восторженные слова, которые можно было бы сделать эпиграфом книги о древнем и вечно юном инструменте, о гитаре — вездесущая услада испанского сердца!

НАДЕЖДА АНДРЕЕВНА ДУРОВА

Дурова, Надежда Андреевна (1783–1866) — первая в России женщина-офицер, писательница. В 1806 году, выдав себя за мужчину, вступила в кавалерийский полк, участвовала в войнах с Францией в 1807 году и 1812–1814 годах, ординарец М.И. Кутузова. Мемуарные произведения («Записки кавалерист-девицы», 1836–1839), приключенческие романы и повести.

Надежда Дурова, пресловутая «кавалеристдевица», отличившаяся в Отечественной войне 1812 года, вспоминает в «Записках» свою молодость: «В семействе Павлищева меня любят и принимают, как родную. Старшая дочь его прекрасна, как херувим! Это настоящая весенняя роза! Чистая непорочность сияет в глазах, дышит в чертах невинного лица ее. Она учит меня играть на гитаре, на которой играет она превосходно, и с детскою веселостию рассказывает мне, где что видела или слышала смешного».

Понятно, что будущему гусару, помимо умения скакать на коне и рубиться шашкой, надо владеть и гитарой! Часто скука походной жизни с вынужденным музицированием становится непреодолимой, о чем Дурова и пишет с комичным негодованием: «Две недели сряду уже, как мы слышим всякий день игру Нав…ва и Яз…кого; и признаюсь, что, несмотря на превосходство их таланта, мычанье волов скоро уже покажется мне приятнее этого вечного бренчанья на гитаре».

В тех же «Записках» Дурова, вспоминая стоянку войск в Великих Луках, рассказывает комичную историю: «Всякий день приходит ко мне Г*** вспоминать счастливое время, проведенное в Гамбурге, и в сотый раз рассказывает о незабвенной Жозефине, о восхитительном вечере, в который она, приняв от него в подарок выигранные им тысячу луидоров, находила его весьма любезным целую неделю; но после двери ее всегда уже были заперты перед ним, и он, как влюбленный испанец, приходил с гитарою под дом, где жила эта драгоценность».

Но серенады и певучие струны не тронули жестокое сердце красавицы — звон золота был ей куда милее!

ФЁДОР НИКОЛАЕВИЧ ГЛИНКА