Сам автор тоже был поклонником этого инструмента. Читаем, что как-то «дома у Алексея Яковлева Каплера и его жены Юлии Владимировны Друниной по просьбе хозяев я специально для «гостя из Италии» спел, сам себе аккомпанируя на гитаре, «Белые туфельки», стилизованный под городской романс. В доме Каплеров я был частым и желанным гостем, нежно и с уважением относясь к хозяевам, как и они ко мне, при этом никогда не отказывался от гитарного пения».

Любопытен и такой эпизод: «В эпоху бурного развития научно-технической революции даже дети перестают удивляться! Когда-то ребенок, глядя на репродуктор, мог спросить, в высшей степени возбудившись: «Папа, там сидит гномик?!» Зато сегодня мой маленький племянник, слушая «живое» исполнение под гитару, спокойно сказал: «Я знаю, папа, у тебя в горле магнитофон».

Нельзя удержаться от того, чтобы не привести забавную сцену в гостях у пожилого еврея:

«— Вот и моя семья, — знакомит Дынькин, — чем богат, тем и рад. Двосечка, птичка моя, сыграй что-либо на гитаре.

–

Вы уважаете веселое или заунывное? — это Двося спрашивает. — Как сказать…

–

Когда я одна, я играю заунывное, а так я всегда веселая.

–

Это прямо замечательно…

Мы в центре внимания. Две дюжины глаз пронизывают нас насквозь.

–

Ой, Боже мой! Ой, горе мне, — восклицает вдруг Сора, — я не выдержу от них!

Оказывается, открутился кран, и весь стол облило кипятком.

Минута смятения, мокрая скатерть закрывается полотенцем, и как будто ничего не было. Пьем чай «з вареньем».

Двося достала гитару. Инцидент с краном испортил настроение, и она забыла, что должна быть «всегда» веселой. Несколько предварительных аккордов…

–

Оставь его, его дхугая любит –

У ней пхава пхед Богом и людьми… Тебе себя отдать, ее он счастье сгубит, Ты ж не найдешь забвения — пойми!

–

Когда она играет, я люблю мечтать, — шепчет на ухо Дынькин. — Я ей не перебиваю, и она мне не перебивает. Она свое дело знает, я свое. А ну-ка, Двося, что-либо веселое! Две гитахи за стеной Жалобно заныли…

Этот памятный мотив…

Милый, это ты ли?

Эх, хаз! Еще хаз!

Еще много, много хаз!

–

Эх, лаз, есцо лаз, — не вытерпел какой-то карапуз.

–

Если бы моя Сора знала музыку, то я заставил бы ее даже в лавке играть, — шепчет

Дынькин. — Я вам тоже советую взять жену с гитарой. Сожалеть не будете…»

Как-то, сидя в приемной академика Флерова, только что синтезировавшего 104-й элемент таблицы Менделеева, Аграновский терзался сомнениями: «Что делать? — мучительно думал я, все ближе продвигаясь к дверям. — Как привлечь внимание Флерова, чтобы получить для газеты хоть несколько лишних слов? Как выделиться из массы, как остановить его глаз на своей персоне? Встать на голову? Сбегать куда-нибудь за гитарой и спеть шлягерную песню? Заговорить по-немецки, да еще стихами?» Журналист, как видим, был очень высокого мнения о своих исполнительских дарованиях!

Можно привести и фрагмент книги, свидетельствующий о роли гитары в жизни учащейся молодежи: «В пору моего студенчества мы пели под гитару старинные романсы. Говорю о конце сороковых годов. Еще не было отечественных бардов, даже термина такого мы не знали, гитаристы именовались властями бесполой «авторской песней». И вот попадает к нам романс мелодичный, мягкий и с чувственным набором замечательных слов, иначе говоря, с содержанием. К стыду своему (не я этот романс пел, а давний мой друг, но его уже нет с нами), сохранился в благодарной памяти всего лишь кусочек строки: герой романса кудато едет, смотрит в окно вагона поезда, при этом «вино на губы тихо лья». До сих пор не покидает меня щемящий романс с «настроением» и прелестным («неграмотным») глагольным оборотом. Много позже мы даже огорчились, узнав, что романс был не народом сочинен, у него талантливые авторы (поэт с композитором), которые стилизовали текст «под народ». Но как похоже и как нежно: «Вино на губы… лья»; ах, хорошо!»

ХАНС ЭНЦЕНСБЕРГЕР

Энценсбергер, Ханс Магнус (родился в 1929) — немецкий писатель. Член «Группы 47». Сатирические стихи, сочетающие традиции Б. Брехта и К. Тухольского с приемами модернизма («Защита волков», 1957), документальные политические пьесы («Допрос в Гаване», 1970, «Гибель «Титаника», 1978). В литературно-критическом эссе — влияние ультралевых идей.

В XX веке гитару часто воспринимали как символ обывательской жизни. У немецкого поэта Ханса Магнуса

Энценсбергера читаем: «В канун золотого века / они стирают пеленки, / варят суп… / Чем они только не заняты? / Бренчат на гитарах, / режутся в скат, / гладят кошек, / нянчат детей».

Музыкальный инструмент, назначение которого — радовать душу, поставлен в один ряд с пеленками, кастрюлями, засаленной колодой карт, визгом ребятишек. Удручающая картина!