Читаем Гири полностью

В грузовике Робби сел за руль. Спарроухоук опустился на сиденье рядом с ним. Дориан и связанный по рукам и ногам Чихара были в кузове, укрытые среди тюков с кое-какой домашней утварью, которую японец хотел вывезти с собой из страны. Здесь же были и деревянные ящики с золотом.

Спарроухоук отчетливо слышал, как Дориан роется в мешках и чемоданах. Жлоб! Что от него-то еще ждать? Безмозглая задница этот Дориан... Жадный до мозга костей.

Спарроухоук добился от Молиза, чтобы Робби и Дориану за работу заплатили каждому по сотне тысяч долларов. Это же целое состояние! Нет, все равно будет рыться в вонючих чемоданах! Жлоб.

Впрочем, англичанин недолго размышлял о недостатках и пороках Дориана Реймонда. Акция, на которую они сегодня отправились, еще не могла считаться законченной.

Отъехав от виллы на полмили, грузовик съехал к обочине дороги. Спарроухоук настроил рацию и передал, что ракетный налет можно начинать.

Через несколько минут с красивейшим домом было покончено.

Спарроухоук подумал о Раттенкаттере, усмехнулся и покачал головой. От него просили устроить бомбежку и он ее устроил. От него просили убрать Мэнни Деккера на сорок восемь часов куда-нибудь подальше от виллы, он сделал и это. Оказывается, Раттенкаттер иногда все-таки способен держать свое слово.

Наступила темная тишина и теплая ночь. Где-то за городом грохотала артиллерийская канонада. Грузовик медленно двигался по широким бульварам, засаженным тамариндовыми деревьями. Спарроухоук и Робби ощупывали внимательными взглядами каждого велосипедиста, проезжавшего рядом, каждого мальчишку-попрошайку, сидевшего вдоль дороги, каждого старика в конической шляпе вьетнамского крестьянина, каждую девчонку-проститутку. Любой человек мог быть наводчиком вооруженной банды, пронюхавшей о золоте в кузове грузовика. Оружие было снято с предохранителей, согласно приказу Спарроухоука. Гранаты были разложены под рукой.

Хватит думать о ши и Джордже Чихаре! Вместо этого самое время подумать о пятистах тысячах долларов, положенных на его имя в один из банков Лихтенштейна, и о работе на всю оставшуюся жизнь, которая поджидает его в Нью-Йорке. Он стал убеждать себя в том, что гибель трех японок не имеет к нему никакого отношения. И почти преуспел в этом.

Спарроухоук в глубине души, однако, понимал, что строит свою новую жизнь на трупах Джорджа Чихары, его жены и дочерей.