Читаем Гиперанатоксин полностью

В сердцах сплюнул и вытер саблю о халат ближайшего воина. Переступил через труп и двинулся по спирали, собирая стрелы и добивая подранков. По дороге, там, где это возможно, ловил оставшихся без хозяев лошадей и делал предварительный осмотр. В последний момент созрело решение из табуна выбрать две штуки и затем использовать в качестве заводных для себя и Атечи. Если очередной конь проигрывал уже отобранной паре, снимал уздечки, резал подпруги седел и отпускал на волю, на прощанье, припечатывая смачный шлепок по крутой заднице. Глядишь, кто и выживет, а на широких просторах пограничья, появится еще один табун диких лошадей.

Закончив зачистку, заметил у дальней кромки кустов белого коня атамана и на сердце, вроде бы и без причины, потеплело. Вскочил в седло и направился к этому белоснежному чуду.

Это оказалась кобыла - отменной стати и благородных кровей. Она косила на меня карим глазом и, остановившись от нее в нескольких шагах, я подумал, что есть в ней что-то колдовское… Возможно, среди ее дальних предков были единороги. Нагуляла, так сказать, мамаша на стороне от благородного…

Соскочил на землю и, вытянув перед собой руку, направился к Снежинке. Имя легко и естественно проявилось в голове, как будто так было всегда. Подошел вплотную, положил ладонь на шею и ласково погладил атласный шелк кожи. Хороша. Умна. Надежна.

Вернулся к своему коню и одной отобранной лошадке, вскочил в седло, подъехал к белоснежке, подхватил повод и вместе с маленьким табунком двинулся обратно по тропинке туда, где должна дожидаться Атечи.

Не доезжая нескольких сот метров, услышал характерное девичье хаканье с придыханием и звон клинков. Моя девочка рубилась с кем-то на саблях. Твою мать! Я бросил поводья лошадей на ближайший сучок, потянул из налучья лук, пришпорил коня и через несколько минут на рысях вымахнул из-за кустов, готовый оказать экстренную помощь.

Мгновенно охватив взглядом полянку, увидел, что Атечи отбивается, и не без успеха, от двоих рыцарей степей. Причем, очень грамотно ей помогает Ляпа, не давая героям степного эпоса навалиться на жрицу скопом. Наскакивая и всякий раз пугая степных лошадок, то одну, то другую и, самое главное, действуя на безопасном для себя расстоянии.

– Чок, чок, - пропела рукавичка и две стрелы начали свой полет, закончив его почти симметрично - пробив навылет горло степнякам. Как говорится, - недолго музыка играла… Оба любителя помахать сабелькой, и рассчитывающих на легкую победу над слабой женщиной, сверзились с коней.

Вполне закономерный результат. Причем, я узнал братков из племени Белые перья. Оба находились в первой шестерке, которую я в полном составе и по недомыслию пожалел. Дескать Алиманы, мля! Родная кровь, блин! Проявил так сказать - семейственность… Но теперь все шестеро, по праву, заняли то место, которое с самого начала было уготовано им судьбой - в моем лице. А оказались они - на небесах.

Я подъехал к Атечи и помог соскочить на землю. С правой руки девчонки на землю капала кровь и я первым делом осмотрел ранение. Порез неглубокий, но требовал к себе внимания. Не знаю, что к этому подвигло, но решил попробовать использовать свои новые возможности крутого экстрасенса…

Закрыл глаза и сосредоточился. Увидел внутренним зрением порез на руке и постарался представить себе ту же руку, но без раны. Получилось. В первый момент пришлось преодолевать сопротивление, как будто я выполнял настройку изображения методом тыка. Сознание постоянно уводило куду-то в сторону. Но я очень старался и, устранив помехи и искажения, добился четкой картинки…

В голове мелькнула мысль, что, следуя такой методе, я могу, пожалуй, непросто залечить руку, а и вырастить на месте отрубленной новую. Главное четко представлять - что должно вырасти, а то вырастет волосатый манипулятор орангутанга из кошмарного… хе-хе сна. Но все равно - это круто!

Посмотрел на руку девушки, на которой не осталось даже намека на шрам, и решил немного поэкспериментировать. Благо кредит доверия к моим талантам у жрицы был безграничен.

С угрозой глядя в глаза девчонке, прошипел.

– Терпи! - Взял в руку ладонь Атечи, ту, - левую, на которой не было фаланги мизинца, и сосредоточился на лечении… Степная Лисица застонала от боли сквозь плотно стиснутые зубы. Есть! Я открыл глаза и увидел, что у жрицы стала отрастать верхняя часть пальца. Снова закрыл глаза и приступил к кропотливой работе… Через полчаса, сравнив новый мизинец с пальцем на другой руке, отметил, - ноготь слегка не такой по форме как надо. Снова прикрыл глаза и подправил работу. Отлично! Кончик пальца чуть отличался по цвету, да и кожица еще молоденькая и розовая, но это дело наживное - еще успеет загореть и огрубеть. Затем, походя, одним наложением руки, уничтожил шрамы на лице красотки. Артист, мля!