Читаем Гилгул полностью

– Ну что, сержант? – беспечно поинтересовался оперативник. – Не падал клиент, нет?

– Так точно, тарищ капитан. Упал. Аж три раза. Об стенку вот ударился лицом. Совсем его ноги не держат. Со страху, наверное.

– Это верно, со страху, – кивнул Костя. – Он от страха даже в штаны себе надул.

– Фашисты, – пробормотал Саша. Кровь из рассеченной брови залила ему правый глаз, и он ничего им не видел. – Гестаповцы.

– Значит так, сержант. – Костя засмеялся. – Я пойду в комнату, обыск все-таки. А если он еще пару раз упадет, то ты подними. Жалко ведь, человек все же, не собака. Только не перестарайся. А мы минут через пять выйдем. Туалет досмотрим. Туалет ведь не досматривали еще?

– Так точно, – с готовностью рапортнул сержант.

– Вот и хорошо. Глядишь, найдем что-нибудь интересное, – Костя снова усмехнулся и, наклонившись к Саше, добавил: – Вроде ножа фирмы «Гербер». Модель «6969». Саша только сглотнул. «Падать» ему больше не хотелось. Он и так вдосталь уже «нападался» сегодня. Костя ушел в комнату, а Саша все-таки «рухнул» еще пару раз. Минут через пять, закончив с комнатой, группа вывалилась в прихожую. Один, в штатском, взялся осматривать ванную, второй – туалет. Кто-то громыхал на кухне посудой. Но Саше было уже все равно. Он хотел только одного – чтобы все быстрее закончилось. Пусть его отвезут… куда увозят в таких случаях? в тюрьму, в больницу?.. – и оставят в покое. Нет, боли он уже не чувствовал. Боль очень быстро стала привычной. Постоянной. «А может, – подумалось ему, – кинуться на этого сержанта? Автоматная очередь – и все закончится. А?» Он уже даже почти решился, но хватило ума не совершать глупостей. А что, если сержант не станет стрелять? А вместо этого подставит коленку или кулак? И тут он, Саша, как начнет «падать», как начнет… Только вздохнул. Нет, Леонид Юрьевич же сказал, что убьют его завтра вечером. Не сегодня. Значит, если и будет очередь, то не убьет она его. Только ранит. А раненый, беспомощный – вот уж хорошая жертва для Предвестника. Просто замечательная, настоящий подарок. Обзавидуешься. И вообще, какой смысл ему, Саше, умирать просто так? Повезет родиться снова – будет другой Костя. С другим именем и другим характером, но будет. Другой. Корень «друг». Когда из туалета послышался возглас: «Понятые, подойдите сюда! Обратите внимание, на ваших глазах из технической ниши, с фальшпотолка, я достаю…» Саша уже знал, что там. Нож. «Гербер», модель «6969». Кстати, сам-то он на фальшпотолок заглянуть не додумался.

– Задержанный, вы узнаете этот предмет? – Костя сунул ему под нос «изъятый вещдок». Саше пришлось неестественно вывернуть голову. Правым глазом он не видел. Этот был нож Потрошителя. Не такой же, а именно тот самый. Саша узнал его по царапине на черной прорезиненной рукояти. Только теперь на лезвии темнели бурые кровавые подтеки.

– Задержанный, вы узнаете этот предмет? – повысил голос оперативник.

– Это нож, – ответил Саша, с трудом разлепляя разбитые губы.

– Какой нож? – с торжеством спросил Костя.

– Мой нож.

– Понятые, прошу вас засвидетельствовать: задержанный опознал этот предмет как свой нож. – Оперативник вновь повернулся к Саше. – Этим ножом вы убивали женщин?

– Этим, – ответил Саша, вдруг успокаиваясь.

– Отлично. Зафиксируйте признание в протоколе. Понятые, подпишите, пожалуйста. Вот здесь. Прекрасно. Вы, товарищи, засняли все, что хотели? Превосходно. Так, поехали. Участковый, опечатай квартиру. Ну что, пошли, друг. Плащик накиньте на него кто-нибудь. На Сашу накинули плащ, потащили к дверям. Он не сопротивлялся. Спокойно спустился вниз, остановился на тротуаре рядом с сине-желтым милицейским «бобиком». С неба сыпался дождь. Крупный, весенний. Саша поднял голову, подставляя лицо холодной воде. Пусть смывает кровь. Пусть смывает.

– Пошли, – подтолкнул его в спину сержант.

– Покури пока, – придержал автоматчика Костя. – Пускай подышит маленько. Последние минутки на свободе. А я с телевизионщиками пообщаюсь. Узнаю, когда показывать будут. По какой программе там, все такое. Остальные «леопарды» в масках забрались в закрытый «РАФ». Автоматчик же, вняв приказу, закурил. Однако глаз с задержанного не спускал. А Саша ничего не видел. И не слышал. Его вообще уже не было здесь…

***

«- Все случилось именно так, как ты и предсказывал, – мрачно вещал гость, рослый, плечистый мужчина с округлым лицом. – Помпей бежал к Клеопатре, в Египет. Кесарь сказал, что приедет за ним, но кентурион Септимия, ритор Теодот и царский опекун Ахилла, видно, решив доставить Кесарю удовольствие, отрубили Помпею голову.

– Это мне известно, – негромко ответил Каска, застегивая фибулой тогу. – Что-нибудь еще?