Читаем Гибель Сатурна полностью

– Не завидуй, Нини́, – прокричал он, – там и мужики тоже есть, первоклассные жеребцы, хоть сейчас взнуздывай. Как писал ваш Лео Толстой, счастья всем – и чтоб никто не ушел обиженным. Лично я мужиков не люблю, то есть люблю, но исключительно по-братски. Однако если кому-то нравится снимать с них штаны – что ж, мы живем в свободной стране, каждый делает свой маленький бизнес! Я – добрый христианин, а еще апостол Петр говорил: живи сам и давай жить другим…

– Как думаешь, речь идет только о модельном агентстве? – перебил его Волин. – Или все-таки…

– Или! – захохотал совринтенденте. – Конечно, или! В агентстве, кроме всего прочего, есть эскорт-услуги. Например, тебе надо на великосветский раут, а твоя собственная жена страшна, как нильский крокодил. С ней никуда не пойдешь, потому что какой дурак инвестирует в человека, который живет с крокодилом? И тогда ты как честный семьянин звонишь в «Венере стар» и заказываешь себе девочку, которая будет идти рядом с тобой, чтобы все тебе завидовали и говорили: «О, этот Арресто, он наверняка что-то понимает в жизни, если рядом такая фемина! С ним приятно иметь дело, дам-ка я ему денег на его новый проект!»

– А могли его девушки, – Волин смущенно покосился на Иришку, но все-таки закончил, – могли девушки Корзуна, ну, скажем так, ложиться под клиента?

– Да кто же тебе такое скажет? – удивился комиссарио. – Вообще-то такого быть не должно, это же серьезный бизнес, хоть и слегка фривольный. Модельное агентство и бордель – это совсем разные вещи. Вам, русским, этого, конечно, не понять, но тут Европа…

– Значит, категорически не могли? – старший следователь глядел на него в упор.

Пеллегрини замялся.

– Что значит – категорически? Сердце же не камень, и если клиент красивый, добрый богатый – очень богатый, – девушка может и не устоять. Но это исключение, потому что если сегодня девушка на обложке журнала «Гламур», а завтра ее будут иметь все толстосумы Рима, то такая девушка больше никому не будет нужна. И такое агентство – тоже. Даже эскорт – это уже ступенька вниз, там обычно работают барышни, слегка вышедшие в тираж. Тоже очень красивые, молодые, пальчики оближешь – но на обложку их уже не берут. А ты говоришь – лечь под клиента! Это как минимум должен быть очень и очень значительный клиент. И уж во всяком случае нам с нашей зарплатой тут ничего не светит.

– Но что же нам дает эта «Венере стар»? – задумчиво сказала Ирина.

Серджио ухмыльнулся.

– Новые версии убийства, вот что. Первая версия – Корзуна убили фемины, которые на него работали. Он нещадно их эксплуатировал, брал бешеный агентский процент, не платил сверхурочных, не давал отпусков. Пушной профсоюз возмутился – и отправил Корзуна к праотцам.

– А если серьезно? – спросил Волин.

– А это серьезно, – возмутился Пеллегрини, – это очень серьезно! У нас страшно серьезные профсоюзы. Они растут напрямую из мафии, так что я бы поостерегся их сердить. Чик – и ты просыпаешься в постели рядом с отрезанной лошадиной головой. Или, наоборот, лошади где-нибудь в хлеву просыпаются рядом с твоей отрезанной головой.

– Ну, с профсоюзами ясно, – сказала Иришка. – А какие еще есть версии?

Другая версия была куда более правдоподобной. Несмотря на уверения комиссарио, что бизнес ясно различает модельное агентство и бордель, различие это существует лишь в Европе, в приличном обществе. Корзун же, как нормальный русский мафиозо, вполне мог, подкладывать своих девушек под политиков и бизнесменов, снимать любовные утехи на камеру и потом шантажировать клиентов.

– Итальянцы – католики, семья для нас – святое, – разглагольствовал совринтенденте. – Если бы узнали, что такие большие люди изменяют своим женам – все, конец бизнесу, конец карьере. Мы – люди верующие и крайне косо смотрим на проституток. То есть лично я ничего не имею против, но не все такие толерантные. Я сам голосовал за старушку Чиччолину, когда она стала политиком, но не всем нравится, если порнозвезда лезет в супружескую постель. И еще мы не любим шантажа, мы, итальянцы, можем и убить за такое!

Закончив свой страстный монолог, Пеллегрини торжествующе посмотрел на коллег.

– Так ты думаешь, что Корзун кого-то шантажировал, и за это его убили? – спросил старший следователь.

Пеллегрини возвел очи к потолку. Он думает?! Он не думает, он просто уверен! Санта Пуденциана, это ведь ясно, как Божий день! Осталось только найти убийцу – и дело можно закрывать.

– И как же ты будешь его искать? – полюбопытствовал Волин.

– Как искать? Как искать?! Проще простого! Надо выяснить, кому угрожал покойный Паоло!

Ирина подняла брови: как же это узнать? Вряд ли Корзун шантажировал их через газеты.

– Конечно, нет! – засмеялся Пеллегрини. – Газеты – для дураков, их давно никто не использует! Сеть, интернет – вот ось мира! Мы ворвемся в этот бордель… пардон, я хотел сказать, в этот оплот добродетели, в это самое агентство «Венере стар», мы вскроем все их сервера, мы прочитаем всю их переписку – и вычислим, кто мог убить несчастного Корзуна!

Волин усомнился, что угрозы могли идти прямо через офис. Уж слишком явная улика.