Войдя внутрь, присел к свободному столику у окошка и стал ждать официанта. Тот принес меню, Маттео сделал заказ и принялся исподтишка разглядывать посетителей кафе. Встреча с Романо его странным образом успокоила. Конечно, он очень горевал о Паоло, но теперь уже в нем не было того страха, который безостановочно пожирал его со вчерашней ночи. И раз уж он остался один и без покровителя, следовало подумать о своей дальнейшей судьбе. Конечно, для знакомства можно было пойти в гей-бар, но его не интересовали случайные связи. Он искал настоящей любви солидного, хорошо обеспеченного человека. А такие люди не посещают гей-бары, они не любят лишний раз себя компрометировать. Впрочем, вряд ли такие люди посещают и уличные кафешки, но чем черт не шутит… Все же Рим – столица мира, и здесь по улицам тихо и незаметно ходят очень богатые синьоры.

Нет, Маттео не желал познакомиться с миллиардером, как можно было подумать. Слишком много вокруг миллиардеров вьется разных шакалов, желающих уловить хоть каплю их внимания. Это не люди, а гиены, они могут в одно мгновение разорвать бедного влюбленного юношу. Ему вполне подошел бы человек с капиталом пятьдесят-шестьдесят, а лучше – сто миллионов евро. Скромный мультимиллионер, ведущий незаметный для окружающих, но при этом шикарный образ жизни – вроде того, каким был Паоло.

Ах, Паоло! Какая все-таки это потеря! Маттео почувствовал, что глаза его вот-вот снова окажутся на мокром месте, но волевым усилием пресек неуместную сентиментальность. Но, однако, синьоры, где же заказ?

Он поискал глазами официанта и неожиданно наткнулся взглядом на блондинку в леопардовом платье – ту самую, которую встретил, входя в «Венере стар». Именно глядя на нее, он вдруг понял, что в женщинах тоже есть что-то хорошее и даже привлекательное. Хотя, с формальной точки зрения, кто такие эти модели, как не дорогие проститутки? Тем не менее в лице ее было нечто такое, что вызывало сочувствие и стремление понять.

Ни с того ни с сего Маттео вдруг захотелось пожалеть ее и утешить. Но не так утешить, как делают все эти грубые мужики, которые думают только о своих животных инстинктах, а по-настоящему утешить. Подойти, погладить по головке, осушить слезы, прижать к груди…

Блондинка, очевидно, заканчивала обед, а заказ Маттео всё не несли.

И тут ему пришло в голову, что он не просто так с ней столкнулся – леопардовая барышня наверняка состоит на службе в фирме «Венере стар». А он, между нами говоря, даже не знает, кто такой этот Романо, которому он так безоглядно доверился. Может быть, он в сговоре с убийцами? Может быть, он сам и убил Паоло, чтобы прибрать к рукам его модельный бизнес? И если сейчас, например, пойти в гостиницу, то к вечеру в его номере найдут только окровавленный труп несчастного синьора Гуттузо, то есть его, Маттео. Впрочем, нет. Романо, похоже, аккуратист, вряд ли он захочет марать руки кровью. Скорее уж, подкинет какой-нибудь яд, как делали во времена Медичи. Чисто, быстро, эффективно.

Нет, синьоры, нельзя беспечно идти на поводу у незнакомца. Надо попробовать сначала узнать, что он за человек. А эта блондинка наверняка знает всё про синьора Романо. Можно притвориться обычным мужчиной, приударить за ней и вывести ее на разговор. Отличная идея, Маттео, просто гениальная!

Оставался только один вопрос: как именно с ней познакомиться? Увы, у Маттео тут не было никакого опыта, ведь женшины никогда его не интересовали…

Глава шестая

Пушной профсоюз и чудовище бездны

Синьор комиссарио был само торжество. Круглое лицо его сияло, как масленичный блин, сияли глаза, сияли щеки, казалось, даже лысина источала свет, как большая, но неяркая электрическая лампа.

– Рагацци, – закричал он, врываясь в номер, который отвел для следователей хозяин «Дю Гран Парадиз». – Рагацци, у меня потрясающие новости!

Иришка и Волин посмотрели на него с интересом. Новости были действительно не рядовые. Во-первых, удалось установить личность убитого. Это оказался русский по происхождению бизнесмен Паоло Корзун, владелец модельного агентства «Венере стар»…

– Венере? – Иришка слегка поморщилась. – Безвкусно несколько, не находишь?

– Конечно, безвкусно, – ухмыльнулся Пеллегрини, – ее же русская мафия придумала, а не папа римский. Зато какие там фемины, санта Пуденциа́на [Святая Пуденциана – раннехристианская святая, ученица апостола Павла], они святого могут совратить! Арресто, я был у них на сайте… Видел бы ты, что там за девочки!

Он поцеловал кончики пальцев, как бы отправляя воздушный поцелуй далеким и пока, увы, недоступным феминам.

– Так, синьоры, немедленно прекратите свою жеребятину, – строго сказала госпожа французский ажан.

Совринтенде́нте фореста́ле посмотрел на нее лукаво и даже погрозил пальцем.