— И десятый барон, проникший в классно законспирированную сеть и виртуозно её сдавший, жив и невредим передо мной, — явно любуясь молодым человеком и тем не менее сдержанно и тихо заметил Кан Юай. Рауль хотел что-то сказать, но Дракон остановил его властным взмахом ладони: — Я всесторонне изучил твое интересное и заманчивое предложение. Очень заманчивое! Не просто разрушить колумбийскую систему, но включить её сейчас, когда она обескровлена, в нашу оперативную схему, поднять, развить, усовершенствовать. Мы просчитали бюджет трижды. Надо менять всю сеть. Сборщики, курьеры, охрана, дилеры. Кроме того, полиция, таможня, пограничники, судьи, адвокаты. Прибыли — при благоприятном стечении обстоятельств, при самом благоприятном! — начнут поступать через четыре-пять лет. А ведь я не молод и к тому же нетерпелив. Разгром конкурента, для нас бескровный и безубыточный — это ли не триумф? А для тебя у меня приготовлен сюрприз. Ты, я знаю, любишь прохладу и красивых девушек. Где идеальное сочетание этих двух составных твоей духовной и телесной нирваны? Стокгольм, Швеция — вот где. Я хочу, чтобы ты поехал туда хотя бы на месяц — пока не утвердится новый маршрут. Что скажешь?

Рауль знал, что — хочет он того или нет — Дракон сделает по-своему. К тому же, будучи южанином, уроженцем столицы Каталонии Барселоны, он вовсе не любил прохладу, а красивых девушек — где ж их нет. Непринужденно улыбнувшись, объявил:

— Я никогда не поражался прозорливости ваших замыслов и решений, значительности дел и побед. Но ваше потрясающее умение угадывать, читать безошибочно чужие мысли — это непостижимо. Когда я?..

— В Стокгольме тебе надлежит быть через три дня, — прервал его Кан Юай. — По пути проштудируй эти справочники, — он указал на стопку книг на письменном столе. — Когда мне предстояла первая поездка в Konungariket (?) Sverige, я начал знакомство со шведским королевством со слов гимна. Как он начинается? Да, конечно: «Du gamla, du fria» — «Ты древняя, ты рожденная свободной». Кстати, обрати внимание на функции омбудсмена, ничего подобного нет ни в одной другой стране мира.

Глядя в спину выходившего из гостиной испанца, Кан Юай разразился мысленным монологом: «Ему не нравится новое поручение. Мне тоже многое не нравится. Однако, терплю. Терплю юридические наскоки злобных и тупых властей. Терплю сосуществование жадных и пронырливых конкурентов в Таиланде, Вьетнаме и континентальном Китае. Терплю заданный ещё в молодости бешеный темп жизни, без которого не было бы ни всей моей империи, ни меня императора. И если я не щажу себя, то тем более не могу, не смею щадить моих подданных. Остановка в любом деле, малом ли, большом ли, означает стагнацию, крах, коллапс. Вперед, Рауль, только вперед! И запомни: лучший, разумнейший, единственно сохраняющий жизнь отдых — непрестанное, убыстряющее темп движение».

Прошло пять минут и дежурный секретарь представил пред очи Дракона, вернувшегося в свой кабинет, двух региональных шефов — из Нью-Йорка и Монреаля — предстоял их полугодовой отчет о стратегических перспективах развития североамериканского рынка.

III. Сеграре значит победитель

Ночных контрабасов,

Лохматых барбосов

И старых карбасов.

Там ворвани бочки

Не моря подачки.

Грудасты там дочки,

Горласты рыбачки…

Хотя эти стихи под непретенциозным заголовком «Северная песенка» великолепный русский поэт Павел Шубин полвека назад посвятил заштатному норвежскому городку, они как нельзя более точно характеризовали этот сегодняшний пригород Стокгольма (правда, теперь следовало бы пририфмовать ещё и автомобильный завод и завод электроники). Здесь царили портовые нравы, обычаи, неписаные, но жестоко претворявшиеся в жизнь законы. Здесь гнездились все мыслимые и немыслимые пороки. Здесь безраздельно господствовало Право Силы. Здесь было свое маленькое королевство со своими королями, сборщиками податей, штрафными санкциями и палачами. Верховным правителем был Ёне Стромберг. И хотя жил он довольно далеко, в самом фешенебельном городке-спутнике и появлялся здесь от силы раз в полгода, знал его каждый житель, даже подростки. Ибо Ёне был живой легендой — как лучший хоккеист «Тре крунур», как самый популярный певец из «Аббы», как весьма почтенный член Нобелевского комитета.