Читаем Герой поневоле полностью

Барин постарался собрать все свое достоинства Он знал, чего ждут в подобной сложной ситуации от Серрано, он просто обязан выйти победителем, несмотря ни на что. Освободиться самому — хорошо. Захватить нарушителей — прекрасно. Нужно пошевелить мозгами, а это он умеет. Нужно собрать все свое мужество и силы. И то и другое тоже всегда имелось. Его бабушка смогла бы во сне проделать такое. И вообще все Серрано способны на подвиги.

Он совсем не ощущал себя великим Серрано. Он чувствовал, что он маленький неопытный мальчик. Нос у него раздулся до величины мяча, все болело, вокруг него взрослые страшные мужчины, мечтающие разделаться с ним, а он совсем беспомощен. Он терпеть не мог чувствовать себя беспомощным, но даже это не могло пробудить приступ дерзкой злости, которой ему как раз не хватало.

«Все равно действуй, — сказал он себе— Если не можешь набраться смелости — думай». Он снова закрыл глаза. Этот человек вовсе не старшина по фамилии Сантини, но у него должно быть имя…Может, его напарники позовут его. Он сможет Догадаться, даже не зная их языка. По крайней мере, просто наблюдая за ними, он сможет вычислить, кто кому в этой группе подчиняется.

Человек, на которого он обратил внимание, что-то сказал, и Барин почувствовал, как его резко дернули за волосы. Он подавил стон и снова открыл глаза.

— Не надо спать, мальчик, — сказал тот человек. Акцент у него был не слишком сильным, не сильнее, чем у многих подданных Династий, но в голосе чувствовалось столько презрения, что его невозможно было сравнить даже с инструкторами первых курсов Академии. Тем было все равно, сдаст он экзамен или провалит, этому человеку все равно, будет он жить или умрет. — Привыкай знать свое место. — Несколько слов на незнакомом языке. Барин даже не знал, как называется язык Кровавой Орды. Стоявший сзади приставил к его шее что-то холодное и твердое.

Сзади послышалось еще несколько слов на этом жутком языке. Человек напротив ухмыльнулся. Острая боль пронзила шею, руку. Казалось, что рука разрывается на части, пальцы выросли, как огромные болевые отростки длиной несколько метров. Он не успел закричать, рот ему снова заткнули грязным кляпом. Из глаз брызнули слезы, тело все дрожало. Потом боль отпустила.

— Вот твое место, — сказал мужчина. — Ты развлечение. Помни об этом.

Он сказал что-то еще, и все встали. Барина тоже подняли на ноги, хотя они ему плохо повиновались. Все двинулись вниз по проходу, который он никогда раньше не видел. И нигде ни одной видеокамеры.

— Плохие новости, — бросила майор Питак, вернувшись с совещания. Эсмей посмотрела на нее. — Группа безопасности нашла убитого человека. Его тело спрятали в кладовой на палубе № 8, сектор Т-2. Убитый прошел перепроверку, у него была розовая табличка. Перелом шейных позвонков. Сработано чисто, профессионально. И еще они захватили заложника… наверное, энсина Серрано.

— Барина! — вырвалось у Эсмей помимо ее воли. Она еле убедила себя, что в подобной ситуации нельзя давать волю чувствам.

— Его послали за чем-то на склад. Автоматические системы отключены. Он так и не вернулся. Когда его стали искать, то на полке, которую он как раз должен был разыскиватъ, обнаружили ремни безопасности и пятна крови. Похоже, крови было больше, но кто-то уже пытался вытереть ее.

— Если бы они не избили его до потери сознания, он никогда бы не дался им в руки, — ответила Эсмей.

— Естественно. Капитан третьего ранга Джарлс и капитан третьего ранга Ворхес вне себя от злости. Чуть не перессорились прямо на совещании. Почему его вообще отправили одного, почему не подняли тревогу раньше и все в таком роде. Адмирал, мягко говоря, остался крайне ими недоволен. Капитан… Даже не хочется говорить. Скаттлбатт говорит, что он не в ладах с семейством Серрано вот уже лет двадцать. Если парня убьют на борту его корабля, то на него набросятся все родственники.

— Но жизнь Бар… энсина Серрано важнее, чем выяснение отношений.

Она сразу же поняла, что сказала что-то не то. Семья есть семья, но семья не может подвергать угрозе общественное положение из-за одного своего члена. Ее семья, по крайней мере, так не сделала.

Питак пожала плечами:

— Он один из энсинов на борту корабля с двадцатью пятью тысячами личного состава. Капитан не может поставить жизнь Серрано выше основной своей заботы — безопасности корабля. — Взгляд майора стал резче. — Вы ведь проводили вместе свободное время, не так ли?

— Да, сэр.

— Мм. Что-нибудь серьезное?

Эсмей почувствовала, как краска приливает к щекам.