Читаем Герои. Новая реальность полностью

– Ты понимаешь… – Антония Квинта призадумалась и махнула рукой: – Ох, все равно не поймешь… Я тоже не могла понять, пока замуж не вышла. Одно только скажу – хоть я здесь и на виду у феи Морганы, хоть и сама леди Нимуэ мне благоволит, и муж меня любит, и дама Риона хвалит, а разумнее было бы остаться в деревне. Жалко, не могла я дать знать Марции, пока она фее не попалась…

– Больно бы она тебя послушалась!

– Тихо! Едет!

– Да никто там не едет, тебе мерещится.

– Ага, мерещится! А как подъедет незаметно, а я преобразиться не успею?

– А кого ты, Антония, тут ждешь в таком страхолюдном виде? – спросил наконец Гай.

– Кого-кого, рыцаря… А он где-то заблудился… Слушай, Гай, а не пойдешь ли ты его поискать? Он ведь где-то поблизости.

– Найду, а дальше?

– Ты вот что, ты ему скажешь, что убегаешь от страшного дракона Змеиного леса, который сторожит сокровище, – деловито заговорила Антония Квинта. – И ты не сразу соглашайся его ко мне привести, а пусть сперва даст хотя бы одну золотую монетку…

– Так это Змеиный лес?

Антония Квинта несколько замялась.

– Ну, Змеиный… А когда приведешь, я быстренько огонь выкину, хворост подожгу, рыцарь в меня копьем ткнет, я зареву – и за кучу, и тут же преобразуюсь, чтобы ему сокровище вынести. Тяжеленное, будь оно неладно!

– А что за сокровище?

– Портрет зачарованной девы, на медной доске всякими красками написан, а в придачу – большой кубок, лошадей из него поить впору. И он с этим портретом дальше поедет, подвиг у него такой. А мы с тобой пойдем в замок…

– Мне-то в замок зачем?

– А куда же еще?

– Я фее Моргане служить не хочу, – твердо сказал Гай. – Насмотрелся уже! Тот рыцарь, который дым извергает, тоже ведь ей служит?

– Да, это сэр Орингл, он на Ривалине женат, весьма почтенный и здравомыслящий сэр. Хоть глупостями не занимается…

– А ты за кем замужем?

Антония Квинта только рукой махнула.

– Он что, тебя бросил? – в простоте своей спросил Гай.

– Да лучше бы бросил! Вижу я его – раз в месяц! Ох, кто бы меня, дуру, предупредил – не иди за рыцаря, толку не будет! Так нет же – пообещали, что буду дамой, что шелковое платье дадут, я и обрадовалась! – чуть не плача, стала рассказывать Антония Квинта. – Посадили меня на скале, под скалой Громерта, в дракона преобразившись, там же озеро с рукой. Сижу – веришь ли, Гай, сердце замирает! И тут вижу сверху – едет мой суженый! Ну, сперва он – к озеру, там рука из воды высунулась, ему меч подала… А знаешь, как трудно ее наладить, чтобы она в воде двигалась? Все время чинить приходится…

– Ага… – мрачно произнес Гай. – Знаю я эту руку…

– Ну, Громерта – она опытная, бой провела по всем правилам, а потом заревела и в озеро свалилась – все как полагается. А он – ко мне! Я, говорит, твой жених, благородная девица! И перед собой на лошадь посадил и в Камелот повез! А меня фея предупредила – ты, говорит, дочь короля Периглота с Кровавых Пустошей, и кто бы чего ни спросил, именно так и отвечай. Дракон, говорит, тебя похитил, и как домой возвращаться, ты не знаешь. А я и рада – рыцарь-то был такой красавчик…

Антония Квинта вздохнула, ахнула, и слезы полились по ее румяным щекам.

Гай покосился на рыдающую соседку. И без того тошно – в Змеиный лес угодил, на каждом шагу – ужасы и страсти, драконы кишмя кишат, тут еще Антония Квинта реветь собралась, а у женщин это надолго.

– И свадьбу сыграли… – сквозь слезы продолжала соседка. – И комнату нам в замке дали большую, круглую… в южной башне… Платье мне сшили… А он!.. Каждую ночь сидит за этим самым Круглым Столом, приходит под утро, на ногах не держится!.. Три года, Гай Брут, три года на рассвете приходит!.. К обеду выспится, начинает вспоминать… вспоминает, кто чего рассказывал… Тихо! Вот теперь точно – рыцарь! Беги отсюда, я преображаться буду!

Гай вскочил с бревна и скрылся в кустах. Он думал, что ему уже по горло хватило здешних чудес. Но далеко он не убежал – любопытство все-таки проснулось.

Когда он вернулся на драконью поляну, бой как раз завершился. Рыцарь в закопченных доспехах, спешившись, пытался разворошить бревна, под которыми было скрыто сокровище. А дракон лежал в сторонке, не двигаясь. Из его пасти торчало сломанное копье.

Гаю это сильно не понравилось. Он на четвереньках подобрался к огромной драконьей башке и пощекотал прутиком черную ноздрю.

– Гай Брут… – прохрипела Антония Квинта. – Беги скорее… преобразиться не могу… приведи кого-нибудь… скажи – Бомейна…

– Держись, соседка, – шепнул Гай. – Сейчас раздобуду лекаря.

Как все деревенские ребята, он был неплохим наездником и мог управиться даже с неоседланным конем, этот же имел и седло, и стремена, и поводья. Вскочив на коня, Гай тут же развернул его и погнал по тропинке, мало сообразуясь с ленточками и стрелочками. Ему нужно было найти хоть кого-то из слуг феи Морганы.

Рыцарь гнался за ним, ругаясь, шагов двести или даже больше – сколько позволили доспехи. Ругался он так, что комары на лету дохли.

* * *

Марция бежала по ровной дороге без ухабов, и всадник явно знал, куда держит путь. Правда, то и дело он останавливал Марцию и слушал ночные звуки.