Читаем Герой Эсмерельдена (СИ) полностью

И она, девушка в серебряной мантии, всё это видела. Читала в их глазах безумие, жажду крови и похоть, безудержным водоворотом охватывающую мысли всё больших бродяг. Тем не менее, она не бежала. Вообще не двигалась, в то время как до их столкновения осталось лишь метров двадцать.

— Да они же порвут тебя, деточка, — ухмылялась Теннара, наблюдая за девушкой из самого дальнего ряда, где не хватало только бутылки с вином, да чего-нибудь пожевать, для полного расслабления в процессе просмотра.

— Вы не достойны называться людьми, — наконец, Линн произнесла хоть что-то, чем тут же вызвала у нападающих порцию истеричного хохота. Она закрыла глаза и подняла пред собой ладонь, которой сделала несколько медленных, плавных пасов, словно нанося краски невидимой кистью на воображаемый холст. И с каждым мазком в её пальцах появлялось всё больше тусклых, оранжевых искр, напоминающих разгорающиеся угли. — Сгорите, — вместе с последним словом, уже на расстоянии в пять шагов от ближайшего авантюриста, в ладони викария разгорелось настоящее пламя. Его она ловко бросила в небо, над головами врагов.

— Что ты задумала? — продолжила наблюдение владычица Лиггсбри.

Пламя остановилось в воздухе, словно пойманное самой Линн за невидимый хвост, который она сжимала в руке, в пяти метрах над уровнем ближайшей макушки одно из бродяг. Кто-то из них даже обратил на это внимание, в то время как остальные продолжили бег, сопровождаемый безумными криками и улюлюканьем. Викарий открыла глаза, в последний раз посмотрев на их образы — грязные, изуродованные болезнями и пьянством, и перехватив «хвост» уже в обе руки, тут же дёрнула его вниз. Изначально совсем маленький, огненный шар становился всё больше, по мере своего падения, разгораясь сильнее и ярче. Когда же он достиг истоптанной дороги, ведущей к воротам — он стал подобен скале по размерам, и рухнув среди опьянённых рабов — создал подобающий взрыв.

Огромный огненный гриб устремился в небо и едва не задел облака. И это было не всё — ухватив и его своими ментальными пальцами, Линн растянула его по бокам, разведя руки в стороны, подобно парящей птице. Огонь поглотил всё. Бродяг, их лачуги, и малую часть окрестных лесов. Достиг даже подступов гор, с которых недавно спускался герой. Вспышка безжалостного огня ослепила всех и каждого, кто на него смотрел, разумеется, избегая вниманием инквизиторов, стоявших к воротам спиной. По величине своей, взрыв был равен доброй трети самого Лиггсбри, и только старые стены, обзаведясь ещё парочкой лишних трещин — позволили ближайшим строениям избежать пламени. К лязгу металла добавились крики. Как тех, кто горел посреди эпицентра ужасного заклинания, так и тех, кто практически утерял зрение в следствии самой вспышки.

Инквизиторы заработали своими клинками ещё эффективнее. Теперь от каждого их удара падало уже по два ослеплённых противника. В этом бою лишь они не кричали, и даже не переговаривались. Каждый и без того знал своё дело. Весьма быстро, даже молниеносно, они прорубались сквозь разряженный строй бродяг, который и строем-то не был, оставляя после себя улицу, устланную трупами, и теми, кому не повезло умереть не сразу.

— Что это было? — стоя подальше от взрыва, Теннаре так же повезло поймать часть обжигающего света. И пусть окружение утеряло былую чёткость, она всё ещё могла видеть. И теперь предпочла смотреть в противоположную сторону — туда, куда она уже несколько секунд как невольно бежала в поисках спасения от чудовища, способного сжечь целый мир. А ведь эти бездельники называли так её! Но нет. Она и рядом не стоит с этим монстром! Ей нет спасения в этих стенах. Бежать. Бежать ко вторым воротам!

Только теперь Линн развернулась к городу. За её спиной открылся новый филиал ада — кричащие, растерянные, умирающие авантюристы, один за другим падали навзничь и катались по раскалённой земле, в попытке унять огонь. Но вместо спасения, их ждали янтарные лужи стекла, к которым с готовностью липла их плоть, образовывая причудливые, кривые дорожки.

Однорукий маг, всё это время прятавшийся позади девушки, тут же спохватился и метнулся к мечу, застрявшему в голове первой из её жертв. Его он, с заметной потугой, кое-как вытащил, и тут же встав на колени, поднял клинок над своей головой, поддерживая его ладонью с одной стороны и бесформенным обрубком руки — с другой. — Госпожа, — покорно прошептал он, не поднимая вверх головы.

Девушка обратила на него взор — пустой, лишённый эмоций. И просто взяла свой клинок, продолжив движение в сторону строя своих бойцов. И даже в шагах её не было ни страсти, ни нетерпения. Она просто медленно плыла к цели.

Их было две сотни, пусть и бывших, но воинов. И вот, спустя пару минут от начала боя — их осталось с десяток, не беря в учёт тех, кто уже попрятался среди трупов, или скрылся в домах. Инквизиторы ускорили шаг, разделившись на две ровные линии, шириной в одного бойца. Подобно змеям, они растеклись вдоль краёв дороги, окрашенной кровью убитых.