Оказавшись в Мензоберранзане, я бродил по залам Дома До’Урден – не нынешнего, а прошлого. Мне показали сцену убийства Закнафейна… Меня вынудили поверить в его смерть, но я, опять же, не могу знать, видел ли я истину.

Единственная истина заключается в том, что истины не существует… нет реальности, есть лишь воображение.

Потому что если воображение равно реальности, тогда что на свете имеет значение? Если все это сон, тогда все, что существует, – это я.

Один.

Нет никакой цели, кроме удовольствий.

Нет никакой морали, кроме прихоти.

Нет никакого смысла, кроме развлечения.

Один.

Я беру свои клинки, Сверкающий и Ледяную Смерть, и смотрю на них как на инструменты в какой-то игре. Разве я могу теперь наносить удары этим оружием, разве я могу быть уверен в своей правоте? Ведь я знаю, что нет никакого смысла в моем существовании, кроме развлечения неизвестного демона, или бога, или моего собственного воображения.

Итак, я отправляюсь в Лускан этой ясной звездной ночью.

Без цели.

Без морали.

Без смысла.

Один.

Дзирт До’Урден

Глава 1

Встречный ветер и бурное море

– Мне это не очень нравится, – пролепетал позеленевший Реджис, обращаясь к Вульфгару. Неуклюжую четырехмачтовую каравеллу «Толстый шкипер» подняло на гребень высотой двадцать футов. Команда, напрягая все силы, старалась удержать громоздкое судно перпендикулярно волнам, чтобы оно не перевернулось.

– Трюм перегружен, – объяснил Вульфгар, который, в отличие от своего маленького друга, не страдал морской болезнью. – Кроме того, груз закреплен плохо. Каждый раз, когда нас раскачивает, ящики в трюме ездят туда-сюда.

Волна снова подбросила «Толстый шкипер», словно игрушку, и на сей раз корма так сильно задралась вверх, что друзья, стоявшие на кормовой надстройке, обнаружили прямо под собой черную воду, в которую почти зарылся нос корабля. Оба вцепились в перила, и не зря: вода все-таки хлынула со стороны носа и залила главную палубу.

Вульфгар рассмеялся.

Реджиса стошнило.

Так продолжалось весь день, но, к счастью, после заката море успокоилось. Однако беззвездное небо обещало назавтра дождь и ветер.

– Ха-ха! А я‑то думал, вам качка нипочем! – развеселился помощник капитана, глядя, как Вульфгар помогает Реджису спуститься по трапу на главную палубу.

– Нам прежде часто приходилось ходить под парусом, – сообщил Вульфгар.

– С Дюдермонтом, на «Морской фее»! – добавил Реджис, думая придать себе значимости. Но помощник и Маллаби Падвинкер, капитан, лишь безразлично пожали плечами.

– Мы не на Побережье Мечей, – негромко напомнил Вульфгар своему другу, когда они отошли в сторону. – Мы переплываем озеро.

– Ничего себе озеро! – ядовито заметил Реджис, сохраняя бледно-зеленый цвет лица.

– Именно поэтому волны здесь выше, чем на море, – вмешалась Маллаби Падвинкер, которая услышала их разговор. Когда крепкая, привлекательная женщина подошла к пассажирам, хафлинг сразу заметил искорки, вспыхнувшие в глазах Вульфгара. Реджис, естественно, понял, в чем дело. Капитан Маллаби – ее взгляд, фигура, манера держаться – излучала силу и уверенность в себе. Это была одна из тех женщин, которые могут взять верх над мужчиной и в поединке, и в спальне. У нее были пронзительные темно-карие глаза, которые, казалось, заглядывали прямо в душу. Черные волосы свободно рассыпались по плечам – единственная слабость, которую позволяла себе женщина. Выглядела она безупречно; китель, увешанный медалями и памятными значками, плотно облегал фигуру. У левого бедра висела абордажная сабля, и, хотя Реджис не видел, чтобы капитан обнажала оружие, он ничуть не сомневался в ее умении превосходно владеть им.

– Видишь ли, оно не такое глубокое, и сейчас мы находимся в ограниченном пространстве между Сембией и Побережьем Дракона, поэтому ветер поднимает на рифах и отмелях очень сильные волны, способные потопить корабль.

– Потопить корабль? – недоверчиво переспросил хафлинг.

– По-моему, ты говорил, что ты родом из Агларонда и ходил по Морю Падающих Звезд.

– Ну да, так и есть, но… всего один раз.