Читаем Герметикон полностью

— Тебя рано выпустили из психушки, — заявил Гатов, не обратив никакого внимания на изумлённо распахнувшиеся глаза Каронимо, по мнению которого не следовало напоминать инженеру о печальном эпизоде его биографии. Однако Холь отнёсся к дерзкому замечанию именно так, как рассчитывал Павел:

— Да… похоже, действительно ты… Другой такой скотины я не знаю… — И резко потребовал: — Продолжи ряд: 6, 20, 56, 144…

— 352, 832… — выдержав короткую, в несколько секунд, паузу, принялся перечислять Павел.

— Достаточно.

— Если мало, могу напомнить, как мы с тобой выпивали в "Трёх звездочётах" на Герметиконе…

— Достаточно, — повторил Холь. И совсем другим, куда более мягким тоном произнёс: — Так и знал, что слухи о твоей смерти преувеличены.

— Расстроился, что не получится побороться за первое место с остальными неудачниками?

— Я с этим справлюсь… — хмыкнул Алоиз, настроение у него слегка улучшилось. — Что делаешь на Менсале?

— Путешествую.

— Каронимо с тобой?

— Скажи провинциалу "Здравствуйте", — предложил Гатов, протягивая другу микрофон.

— Привет, Алоиз, — бодро выдал Бааламестре.

— Рад тебя слышать, толстый.

Мерса, который на камили не говорил, вздохнул и мысленно пообещал себе заняться образованием.

— Нужна помощь? — вернулся к микрофону Гатов. — У нас есть вооружённый бронетяг и немного свободного времени.

— Что вы тут делаете? — повторил Холь.

— Ждём такси, — ответил Павел. И объяснил: — Мы надеялись, что точка перехода на краю мира окажется тихой, малолюдной…

— Я тоже надеялся.

— Проводишь эксперимент?

— Да.

— Что-нибудь интересное?

— Потом расскажу… — При необходимости Алоиз умел принимать решения не просто быстро, а молниеносно быстро, и лихорадочно прикидывал, как с наибольшей выгодой использовать неожиданное появление старого товарища. — Ты действительно готов помочь?

Ему требовалось определить, насколько далеко готов зайти Гатов.

— Следует помнить, что мы учёные, а не военные, и серьёзные задачи нам не по плечу.

— А как насчёт погибшего импакто…

— Он к нам приставал, — хихикнул Бааламестре.

— Прекрати хвастаться, — пнул толстяка Павел. Но от заслуженной славы отказываться не стал: — У нас есть кое-какие сюрпризы.

— В таком случае, если вы готовы рискнуть, я с удовольствием воспользуюсь и вашей помощью, и вашим такси, — произнёс Холь. — Дело в том, что я испытываю некоторые затруднения с лекрийцами…

— Мы догадались.

— Да и компаньон желает моей смерти.

— Губернатор Мритский? — удивился Павел. — Ты же сидишь в его крепости!

— Наши отношения немного запутались… — Предварительный план действий наконец-то сформировался, и Алоиз в общих чертах изложил, чего хочет: — Вениамин вынудил меня отправиться на рундер, но ваше появление всё меняет. Я тайно вернусь в Карузо, решу вопрос с компаньоном и вытащу Агафрену.

— Надеюсь, это твоя кошка?

— Это моя любимая.

— Она в заложницах у Мритского?

— Вроде того. — Перегружать разговор излишними деталями Алоиз посчитал ненужным.

— Как ты собираешься её вытаскивать?

— Воспользуюсь хаосом, — объяснил Холь. — Как только рундер поднимется в воздух, лекрийцы приступят к бомбардировке.

— С каждой секундой становится всё интереснее, — протянул Гатов.

— Я знал, что тебе понравится.

— Какую роль уготовил мне?

— Подобрать нас с Агафреной около форта.

— Не проблема. Но что помешает лекрийцам прикончить нас?

— К этому времени крейсеров не будет, — твёрдо пообещал инженер.

— Они улетят?

— Вроде того.

Павел задумчиво посмотрел в лобовое окно кабины, из которого открывался вид на четыре парящих на горизонте цеппеля, и негромко заметил:

— Ты даже не представляешь, насколько любопытно мне делаешь, Алоиз. Куда денутся крейсеры?

— Увидишь.

— Мерзавец…

— Начинай грызть вены от зависти.

— Даже не мечтай.

— Ты согласен забрать нас у Северных ворот?

— Под бомбардировкой?

— Да.

— Рискуя получить из пушек и пулемётов от твоих мритских приятелей?

— Именно.

— Это самый идиотский и рискованный план из тех, что мне доводилось слышать, — подумав, выдал квалифицированное экспертное заключение Гатов. — Согласиться на него может только конченый кретин.

— Ты со мной?

— Разумеется.

— Увидимся у Северных ворот. Компас у тебя есть?

— По дороге заеду в хозяйственную лавку…

— С кем ты разговариваешь?

Холь ожидал, что Вениамин влезет в разговор гораздо раньше, и потому старался говорить быстро, но то ли радисты Мритского не сразу перехватили разговор, то ли губернатор не придал ему значения, то ли занят был — неважно. Важно то, что он позволил учёным договориться, и появился в эфире к финалу:

— Алоиз, я тебя узнал!

— Кто здесь? — осведомился Гатов, причём на камили. Фоном вопроса стал хохот Бааламестре.

— Алоиз, что это за язык?

— Объясню позже, — пообещал инженер на универсале. — Не забывай, что нас слышат все, кто сейчас в эфире. — И снова перешёл на камили: — Мы договорились?

— Ты утомил своими вопросами…

Холь отключил связь, положил микрофон и наушники на стол, некоторое время продолжал сидеть, не отрываясь глядя на радиостанцию, после чего вздохнул и повернулся к Тогледо:

— Друг мой, я хочу попросить тебя о помощи…

* * *