Читаем Герметикон полностью

Дрибе подумал и продолжил:

— Настоящий кнехт обязан проявлять бдительность и на службе, и вне её.

— Совершенно с вами согласен.

Время проверки Бааламестре засёк по массивному наручному хронометру со встроенным компасом и секундомером, то есть не ошибся, и учёным оставалось лишь позавидовать скрупулёзности или, наверное, бдительности военного, который, не имея ни малейшей возможности оценить подлинность алхимической печати, семь с лишним минут тупо таращился на документ. Поведение лейтенанта свидетельствовало о глубокой и всеобъемлющей тоске застрявших на посту провинциальных воинов, и именно поэтому даже взрывной Гатов вёл себя на удивление смирно и друзей предупредил, чтобы не допускали ненужных шуток: скучающие военные непредсказуемы, разозлишь их — и никакие губернаторские пропуска не помогут: задержат как подозрительных, и все надежды убраться с Менсалы рассеются в пыль.

— Цель путешествия?

— Командировка, синьор лейтенант, — веско уточнил Павел. — В пропуске написано, что мы проводим исследования в интересах Его превосходительства.

— Вы — инопланетники, — усмехнулся бдительный офицер.

— И поэтому мы не можем служить Его превосходительству? — поднял брови Бааламестре.

Толстяк с подозрением оглядел круглую рожу Каронимо, снова пожевал губами, словно подбирая подходящее случаю ругательство, но сдержался и продолжил в меру вежливо:

— Что исследуете?

— Это секретная информация, — пискнул из-за спины Бааламестре Мерса. Он ещё не понял, что с ходу от въедливого Дрибе не отделаться.

Несколько секунд лейтенант, Гатов и Каронимо изучали мгновенно поникшего Энди, после чего офицер развёл руками:

— А у меня за спиной мирный город. Я не могу допускать в него столь подозрительных личностей.

Фраза отчётливо пахнула превентивным арестом.

— Вы сами только что сказали, что пропуск настоящий, — деликатно заметил Бааламестре. — И чернила с подписью.

— Вы могли забрать его у настоящих исследователей.

— Зачем? — поперхнулся Каронимо — настолько причудливого движения военной мысли он попросту не ожидал.

— Чтобы проехать тут.

— Мы что, похожи на бандитов?

— Ещё как!

— Как так?

— А вот так!

И обескураженному Бааламестре оставалось лишь руками развести.

Впрочем, основания для сомнений у военного были весьма весомые: во-первых, инопланетники; во-вторых, приехали внезапно, без предупреждения, на странной, но бронированной и крепко вооружённой машине, показали бумагу из канцелярии Его превосходительства, но сами больше похожи на свободян, нежели на честных подданных; в-третьих, инопланетники; в-четвертых, ничего не хотят рассказывать; в-пятых, инопланетники… Дрибе смущали все приехавшие. Изредка подающий голос Мерса, который на этот раз оказался Энди, держался позади с таким видом, словно лично виноват во всех менсалийских бедах, да ещё очки беспрестанно протирает — явно что-то замышляет. Круглая и небритая физиономия Каронимо в голос намекала на удачный побег с каторги, представить эту рожу в государственном присутственном месте или хотя бы в казарме лейтенант не мог при всём желании. Что же касается Гатова, то он раздражал воспитанного в строгости Дрибе украшениями, выдающими человека несерьёзного, неумного, а может, и того хуже.

По всему выходило, что в глазах сурового провинциального толстяка экзотическая внешность путешественников могла похоронить даже авторитет с трудом добытого Эзрой пропуска, и понимание этого делало Энди растерянным, Каронимо — слишком громким, и хладнокровие пока сохранял только Павел.

— Могу я узнать, что вас беспокоит, синьор лейтенант?

— Почему вас не сопровождает трибердиец? — в лоб осведомился Дрибе, по-прежнему не отдавая пропуск.

— Потому что целью нашего путешествия является испытание боевой машины, которая вас так заинтересовала. — Гатов прекрасно видел взгляды, что кнехты бросали на бронекорду. — Это моё изобретение, которое я предлагаю поставлять армии Его превосходительства, но никто не купит столь дорогую машину без соответствующих испытаний.

— Почему с вами нет сопровождающих? — До сих пор ни один военный не приставал к путешественникам с подобными вопросами, хотя постов учёные проехали немало. То ли толстяк действительно оказался хорошим офицером, то ли ему категорически не понравилась троица, то ли вымогал взятку. Небольшие пожертвования в "фонд ветеранов действующей армии" учёные делали на каждом посту, но обычно процедура проходила дружелюбнее.

— Мы планируем доказать Его превосходительству, что машина надёжна, но не желаем раскрывать некоторые особенности конструкции, — терпеливо продолжил Гатов. — Мы определили маршрут и договорились, что в условленной точке нас будет ждать цеппель.

Услышав эти слова, четыре кнехта, стоявшие позади лейтенанта, одновременно подняли головы и посмотрели на облака, словно надеясь разглядеть среди них воздушный корабль. А вот их командир даже бровью не повёл.

— Точка находится в Сочности?

— В Камнегрядке, — спокойно ответил Павел. — На самом её краю, на Дохлом мысу.

— Далеко придётся ехать.

— В этом смысл.

— Пожалуй.