— Мы уже пытались взять храм и потеряли много воинов, — вклинился Алокаридас. — Красный Дом хорошо укреплен.

— В него наверняка ведет подземный ход.

— Думаешь, мы дураки? — вновь не сдержался жрец. И посмотрел на Старшую Сестру: — Ты сказала ему о хищниках?

— Я решил проблему животных, — произнес Помпилио, в упор глядя на жреца. — И мне надоело, что ты говоришь обо мне в третьем лице. Есть замечательное слово: "мессер". Впредь не забывай его, обращаясь ко мне.

— Но…

— Что же касается зверушек, то у меня есть дрессировщик. — Адиген покосился на женщину: — Еще одно совпадение.

Но Старшая Сестра перестала удивляться после того, как бамбадао назвал ей свое имя. А потому спокойно поинтересовалась:

— Кто?

— Тыква… То есть — Ллойд Чизер, это его зверушки. — Помпилио посмотрел на полупустой бокал, потом на бутылку, что стояла на столике у стула, потом, приподняв бровь, на жреца. Алокаридас отвернулся, чем вызвал очередную улыбку адигена. — Так вот, Ллойд со своей синеволосой помощницей вез хищников на Каату и уверен, что сможет вернуть животных под контроль. Это позволит воинам пройти в храм и ударить противнику в спину.

— И мы победим! — не сдержался жрец.

Отец видел, с каким нетерпением ждал Алокаридас этого момента. Как тосковала его душа, лишенная привычного покоя Красного Дома. Как терзался старик при мысли, что чужаки ворвались в святилище во время его служения.

Но теперь все в прошлом. Все страхи позади. Воины войдут в Храм и выгонят чужаков!

— Экспедиционный цеппель улетит при первых же признаках тревоги, — прохладно заметила Старшая Сестра.

— Именно поэтому "Неудержимый" атакует вражеский корабль одновременно с ударом по храму. Поскольку мы ничего не знаем о вооружении противника, придется открывать огонь с максимальной дистанции, но я полагаю, что мой опыт артиллерийских дуэлей, а также опыт капитана Мона…

— Он тоже военный?

— Был военным, — деловито сообщил Помпилио. — Как выяснилось, в молодости капитан Мон служил в каатианском флоте. А Мойза Пачик, Рыжий — инженер Компании, тоже пригодится на борту.

— То есть в лагере останется лишь девушка?

— Вряд ли это разумно, — усмехнулся адиген.

— Почему?

— Она до колик боится твоих сородичей.

— Что же в этом плохого? — поинтересовался Алокаридас.

— Я не вижу причин, которые помешали бы девушке отправиться с нами, — неожиданно произнесла Старшая Сестра.

Лишний чужак вряд ли что изменит.

— Благодарю, — кивнул Помпилио. — Я не знаю, сколько у тебя людей, но на "Неудержимый" необходимо взять не менее тридцати воинов.

— Зачем так много?

— Воздушные сражения не всегда заканчиваются катастрофой, Сестра. Цеппели живучи, и есть вероятность, что противник не рухнет на землю, объятый пламенем, а спокойно приземлится. Экипаж, как ты понимаешь, немедленно бросится врассыпную, и твои бойцы отправятся на охоту.

— Логично, — пробормотал жрец.

В любом случае, чем больше на борту людей — тем лучше.

Но Старшую Сестру волновало другое:

— Мессер, вы уверены в исходе сражения?

Помпилио высокомерно посмотрел на женщину:

— Ллойд гарантирует, что зверушки управляемы, а значит, все зависит от воинов, которые пойдут в храм. Что же касается воздушного сражения, то сначала я должен осмотреть твой крейсер и понять, в каком состоянии пребывают машины и оружие. Впрочем, к победе ведут не столько пушки, сколько умение с ними обращаться.

— Когда вы планируете выступать?

— Дальнобойность восьмидесятимиллиметровых орудий около четырех лиг. Мы должны сблизиться с противником на это расстояние в тот самый момент, когда станет достаточно светло для открытия огня… — Древний хронометр атанора тренькнул, адиген обернулся и взял в руку одну из колб: — Обожаю этот момент: финал делания!

Глава 12,

в которой идет игра по самым высоким ставкам

— После смены галаниты окажутся в своей казарме, — негромко произнес Секач. — Двух ублюдков, что дежурят на дальней башне, уберут игуасцы, которые сейчас на средней. А мы, стало быть, займемся остальными.

Два человека на ближней башне, четверо на воротах, еще двое у храма — восемь менсалийцев рассосредоточены по комплексу и еще восемь сидят перед Секачом в главном зале их дома. В руках оружие, головы перехвачены черными повязками — все готовы к бою, готовы ударить в спину тем, кто еще вчера плечом к плечу сражался с ними против спорки. Семнадцать, а с игуасцами — девятнадцать человек против девятерых галанитов. Вполне достаточно для победы.

— Тихо не получится, — заметил один из наемников. — Дабурчик хитер, собака, наверняка выставил пост внутри дома.

— Выставил и выставил. Значит, постового кончим первым.

— А если без шума не получится?

— На "Докторе" все равно ничего не услышат, — махнул рукой Берт. — Вандар слишком высоко поднимает цеппель.

— А если услышат?

— Скажем, что спорки полезли.

— А если спорки и впрямь полезут?

— При свете дня? Они понимают, чем это для них закончится.

— Ты сам сказал, что шлепнуть галанитов нужно до рассвета…