Читаем Герметикон полностью

Ночь случилась вдруг. Обошлась без прелюдии, без романтических сумерек, во время которых так приятно лениться и разговаривать бессмысленно на разные темы. Не дала возможности расслабиться. Только что ярко светило солнце, словно намекая, что за пару цехинов готово остаться навсегда, но обмануло, и вот вокруг тьма, разогнать которую не могли ни далекие звезды, ни спутник. Местная луна посеребрила тонким светом вершины, но увидеть ее не удалось — набежавшие тучи скрыли излишне скромный спутник.

— Мрачно, — прокомментировала происходящее Привереда.

— Это потому, что мы в каньоне, — мгновенно отозвался Рыжий.

Сообразив, как низко упали их с Тыквой акции, Рыжий принялся изо всех сил восстанавливать утраченный авторитет. Он соглашался с любыми замечаниями девушек, громко смеялся над их редкими шутками и не гнушался лестью. Тыква только круглой головой качал, глядя на такую угодливость, а вот Грозный, как ни странно, ни разу не поддел проштрафившегося спутника.

— От воды тянет холодом, солнце исчезает рано, и вообще — неприятно.

— Зато мы идем по прямой, — произнесла Куга.

— Это преимущество, — тут же согласился Рыжий.

— У костра плохо пахнет, — поморщилась Привереда и покосилась на Свечку, которой выпало заниматься кухней: — Долго еще? Надоело!

— Одна порция осталась.

— Очень хорошо.

Мясо горного козла оказалось вонючим и жестким, однако изголодавшиеся путешественники набросились на него с жадностью, уплетали за обе щеки да нахваливали, невзирая на отвратительный привкус и отсутствие соли. А набив животы, расслабились и начали предъявлять претензии. Особенное неудовольствие Привереды вызвал приказ Грозного пожарить как можно больше мяса.

— Зачем? Для чего этим заниматься?

— Запас еды, — в очередной раз ответила Свечка.

— Встретим еще одного козла.

— А вдруг не встретим?

— Мы не в пустыне, — поддержал нахалку Рыжий. — Встретим.

— У тебя много патронов осталось?

— Четыре.

— Что будем делать, когда они закончатся?

— К этому времени мы выйдем к людям, — хмыкнул Рыжий.

— Мне бы твою уверенность.

— Грозный прав, — пробубнил Тыква. — Патронов мало, сколько будем таскаться по горам — неизвестно, а значит, каждую добычу нужно съедать полностью. Простая логика. — И похлопал себя по плечам: — Надеюсь, обойдемся без заморозков.

Минусовых температур не предвиделось, однако с каждой минутой становилось все холоднее.

— Ты когда-нибудь ночевала на улице? — осведомился у Привереды Рыжий.

— Сомневаюсь.

— Для меня происходящее тоже в диковинку, — кивнул Рыжий.

— Главное, что мы сыты, — подала голос Свечка. — Я где-то читала, что главное в таких ситуациях — быть сытым. Если есть еда и огонь, можно продержаться до утра даже при заморозках.

— Ты столько читала, — протянула в ответ Привереда. — Может, ты библиотекарь?

— Никогда не видел голых библиотекарей, — хихикнул Рыжий.

— А это специальная услуга…

— Заканчивайте, а? — попросил Тыква.

— А то что? — прищурилась Привереда. — Пожалуешься Грозному? Или она пожалуется?

— Зачем жаловаться? — пожал плечами Тыква. — Я сам вас заткну.

— Меня? — удивился Рыжий.

— Если не замолчишь. — Тыква мрачно посмотрел на спутника. — Мы в одной лодке, приятель, и я не хочу, чтобы ты ее раскачивал.

Умное замечание спорки подействовало на девушек гораздо лучше липкой угодливости Рыжего. Скользкую тему оставили, решив поговорить о другом:

— Кстати, мы уже прекратили считать Грозного преступником или нет? — светским тоном осведомилась Свечка.

Привереда охотно поддержала спутницу:

— Его могли арестовать за браконьерство.

— Адигена?

— А вдруг он простой охотник?

— Слуга охотника, — пробурчал Рыжий.

— Скорее уж он вез тебя в зоопарк, — бросила Свечка.

— Нарываешься?

— Мщу тебе.

— Осторожнее на поворотах.

— А то что?

Тыква громко рассмеялся и поднялся, отправившись помогать Свечке снимать с огня мясо. Рыжий посопел, мрачно глядя на враждебную парочку, после чего повернулся к Привереде:

— Между прочим, спать вдвоем теплее. А учитывая, что у нас нет ни одеял, ни теплой одежды, это еще и правильно.

— Вот и спи с Тыквой, — предложила девушка.

— Я человек добрый и необидчивый: придешь — приму. Ночи в горах зябкие.

— Не надейся.

— Надо было найти пещеру, — вздохнул подошедший Тыква.

— Какой ты умный, когда сытый, — фыркнула на него Привереда. — Болтать все горазды.

И поднялась на ноги.

— Ты куда? — машинально спросил Рыжий.

— Разве я должна отчитываться?

— А вдруг мы женаты?

— Такой кошмар я не забыла бы, даже потеряв память.

— Может, вы были счастливы, — хихикнула Свечка. — Откуда тебе знать?

А Привереда наконец сообразила, что ее беспокоит:

— Где Куга?

— О-па! — Мужчины переглянулись.

— Кажется, пошла к реке, — неуверенно произнес Тыква.

— К реке? — Привереда закусила губу. — А ведь Грозный должен был уже вернуться…

* * *

Журчание воды…