— Потому что в той точке астринг работать отказался. — Заметив в глазах Осчика удивление, Вандар осклабился: — Ты плохо знаешь цепарские мифы, Вальдемар, а они, как выяснилось, в тысячу раз правдивее газет, чтоб меня манявки облепили. Ахадир пришвартован к Пустоте, у его луны есть собственный спутник, а по поверхности гуляют Знаки. Я видел застывших в небе птиц и летящие по воздуху камни размером с копну сена. Мы отыс кали шесть точек перехода, но астринг сработал лишь в одной из них, и как сработал: мы прыгнули в четыре раза дальше обычного!

Мог ли он выдумать такие подробности? В принципе мог: цепари — известные трепачи. Но Осчик уже принял решение:

— Ты задержишься на Хансее?

— Ухожу через два часа, я не идиот.

— Как же мы свяжемся?

— Как обычно, Вальдемар, через посредника. — Вандар поднялся из-за стола. — Я уверен, что наша следующая встреча состоится очень скоро.

* * *

Переговоры тянулись месяц и завершились безоговорочной победой Вандара. Капитан с подмоченной репутацией получил от Компании деньги, снаряжение, новейший цеппель и минимальное количество сопровождающих: Осчик и десять солдат. Наверняка радуется, наверняка потешается над галанитами, которым он вывернул руки, но Осчик знал, что Вандар перегнул палку. Директора-наблюдатели не терпели тех, кто осмеливался диктовать им условия, и по возвращении капитана ждали крупные неприятности.

Пока же приходилось терпеть унижения.

— Машинное отделение! Средний ход! — проревел Вандар, схватившись за переговорную трубу. Задумавшийся Осчик вздрогнул. — Рулевой, снижаемся до ста!

Ниже нельзя, поскольку в сорока метрах под цеппелем болталась грузовая платформа со снаряжением.

— Есть, кэп.

— Что случилось? — осведомился галанит.

— Расслабься, Вальдемар, пей свой кофе. — Капитан внимательно оглядел скалистые пики, до которых оставалось около двадцати лиг. — Мы ведь не хотим сообщать о нашем появлении во всеуслышание, правда? Эти горы не столь пустынны, как может показаться на первый взгляд.

— Думаешь, цеппель еще не заметили?

— Надеюсь, чтоб меня манявки облепили, надеюсь! Думать я не могу, у меня от этого изжога делается, остается только надеяться! Петер!

Хеллер отлип от навигационного стола и быстро подошел к капитану:

— Мы идем с востока, точно так же, как в прошлый раз. Дорогу я помню, будем укрываться за горами и подойдем к храму…

— Через сколько? — жадно перебил старпома Осчик. Не сдержался и вновь смутился, увидев понимающую ухмылку Вандара.

"Ладно, потом посчитаемся".

— Будем делать не больше двадцати лиг и подойдем часа за три.

— Почему так медленно?

— Потому что, Вальдемар, если мы заметим внизу живность, то есть каких-нибудь местных туземцев, мы их пристрелим! — Вандар захохотал. — Все ясно?

— Будем надеяться, что не заметим, — дипломатично произнес Хеллер.

— Об этом я и твердил Вальдемару, чтоб меня манявки облепили — надеяться! — Капитан хохотнул напоследок, но внезапно стал серьезен: — Гора, что скроет нас от храма, приметная, мы ее хорошо срисовали. Встанем за ней и отправим Дана с ребятами на разведку.

— Ты же говорил, что горы у храма совершенно непроходимы, — припомнил Осчик.

— Непроходимы для повседневной жизни, но не для разведчиков, — уточнил Вандар. — Дан посмотрит, что к чему, сообщит нам, и тогда…

— Заиграет музыка, — хмыкнул галанит.

— Все правильно, Вальдемар, — музыка, — согласился капитан. — Если все пойдет так, как надо, мы возьмем храм с лета, даже паровозик не распакуем, который твои дружки мне всучили. Перебьем местных, заберем камни и отчалим домой.

"Где я тебя, скотину, выверну наизнанку".

Осчик улыбнулся приятным мыслям, но вслух произнес совсем другое:

— Прекрасный план, капитан.

Глава 4,

в которой сходятся лед и пламя, Свечка уходит в Пустоту, Баурда приносит странное сообщение, Вандар торопится, а Осчик плетет интриги