Читаем Германские мифы полностью

Из жертвы дьявольского морока ведун превращается в договаривающуюся сторону, сознательно и добровольно заключающую сделку с отцом зла и обладающую сверхъестественными способностями. А это, господа хорошие, уже серьезно и подпадает под юрисдикцию инквизиторов! В 1326 году папа Иоанн XXII издает буллу (указ), в которой приравнивает колдовство к ереси и приказывает сурово преследовать «христиан только по названию, которые, оставив первоначальный свет истины, были ослеплены таким туманом заблуждений, что вступают в завет со смертью и заключают договоры с адом. Они приносят жертвы демонам и поклоняются им. Они создают и пытаются создавать изображения, кольца, зеркала, кадильницы или любые другие магические вещи, чтобы связать себя с демонами, к которым они обращаются с просьбами, от которых получают ответы, просят о помощи и для получения самых отвратительных вещей и исполнения своих злых желаний»[24].

Папа знал, о чем говорил: властный и деятельный понтифик нажил себе немало могущественных врагов, а в те времена уже мало какой европейский властитель не обходился без придворного мага или алхимика. В алхимии осторожный Иоанн XXII и сам знал толк, написав даже соответствующий трактат, а в могущество некромантов и отравителей искренне верил и весьма их опасался.

Карло Кривелли. Фома Аквинский.

1476 г. Национальная галерея. Лондон, Великобритания

Спустя еще полтора столетия на ведьм обрушился другой понтифик, Иннокентий VIII. Он живописал «мерзости», которые творят люди, отрекшиеся от своей веры и отдавшиеся демонам: они убивают детей даже в материнской утробе, губят урожай и скот, делают женщин бесплодными. Пожалуй, это тот момент, когда официальная точка зрения на ведьм и ведовство наконец совпала с древними народными представлениями. И вот уже не в дурных снах и болезненных фантазиях, а наяву и вполне серьезно, по Божьему попущению и силами злокозненного демона ведьма поднимается ввысь и летит на гору Брокен, чтобы там стать участницей отвратительного шабаша.

Генрих Крамер. Молот ведьм.

Титульный лист Лионского издания. 1669 г.

И хотя еще звучали отдельные голоса скептиков, не желающих верить, что ведьмы могут «летать как дрозды», все в том же XV веке их сомнения были припечатаны, как тяжким молотом, известной книгой, где утверждалось: ересью является не только ведовство – само неверие в него есть еретическое лжеучение! Каждый, кто из-за гордыни ума или легкомыслия сомневается в существовании и опасности ведьм, тем самым открыто признается в ереси и подлежит самому суровому наказанию. Мерзость ведьм – величайшее зло, что Бог попускал с сотворения мира, их грех превыше даже греха сатаны.

Как называлась эта книга, которая столь категорично отвергала авторитетный «Епископский канон», вы наверняка уже догадались. Это «Молот ведьм», фундаментальный труд монаха ордена доминиканцев и инквизитора Генриха Крамера, или Инститора (оба варианта фамилии означают «лавочник», «мелочный торговец» – первый по-немецки, второй по-латыни) и Якоба Шпренгера. Вышедшая из-под печатного станка, новомодного по тем временам изобретения Иоганна Гутенберга, в 1486 году, книга называлась Malleus Maleficarum, Maleficas, & earum haeresim, ut phramea potentissima conterens – «Молот ведьм, уничтожающий ведьм и их ереси подобно сильнейшему мечу». Само название показывает, что ее авторы отличались прямо-таки патологической ненавистью к женщинам, которые «гораздо больше мужчин склонны к чародеяниям и к сотрудничеству с дьяволом»[25]. Ведь женщина несовершенна телом и рассудком, «скверна по своей природе», и даже само слово femina (женщина) состоит из слов fe (fides) – вера и minus (менее), то есть «имеющая меньше веры». Хвала и слава Всевышнему, что он охранил от такой скверны мужской пол, который предпочел сам для своего воплощения! Кроме того, женщина, созданная из изогнутого ребра, в силу этого более склонна «ходить по кривой дорожке». Потому-то ересь, которой Крамер объявляет самую беспощадную борьбу, он сам называет «ересью по преимуществу ведьм».