Кондаков впоследствии писал: «Это было поразительно, у него хотелось учиться этой форме преподнесения материала на публичных лекциях для массовых аудиторий».

Много получил Вадим от профессора химии Александра Михайловича Фловицкого, благодаря которому он сумел проводить опыты по химии, став преподавателем и этого предмета в первые годы своей педагогической деятельности.

Ночами он сидел над лекциями, писал статьи. Его первая научная статья называлась «К 100-летию со дня рождения Дарвина». Готовил доклады в научном обществе, в их числе «Рисование как средство наглядного обучения на уроках естествознания и географии».

Все свои каникулы Кондаков работал в поле и в лесу: то по борьбе с короедом, то десятником на строительстве тракта от Осы до Перми, то на стройке дамбы и мола через реку Тулву. Необходимо было зарабатывать на жизнь.

Потребность заработка возросла после того, как он женился на студентке Фаине Апполинарьевне Земляницкой. Мать Вадима переехала к молодым в Казань.

Было трудно, но Вадим продолжал упорно учиться. Дипломную работу Кондаков писал на тему: «Протективные особенности в отряде чешуекрылых — как результат условий местообитания и питания». Он мечтал посвятить свою жизнь науке.

Кондаков окончил университет с дипломом I степени. Профессор Мейер представил его кандидатуру к оставлению в университете для научной деятельности, но попечитель Казанского учебного округа категорически отклонил это ходатайство, даже отказал в праве учительствовать в Казани и Казанском округе. Это было наказанием за участие в революционных событиях.

«Я оставил университет с большими практическими знаниями природно-географической среды, с достаточным научно-практическими и исследовательскими навыками, методико-педагогическими знаниями, уменьем, а главное с огромным интересом и любовью к педагогической деятельности», — писал он впоследствии.

УЧИТЕЛЬ

Томительно тянулись летние месяцы в ожидании назначения на работу. Семья перебивалась случайными заработками. Наконец в руках извещение:

«Настоящим уведомляю Вас, Милостивый Государь, что Вы допускаетесь с 1-го сентября к преподаванию естествознания, географии (возможно, космографии) в Уфимскую Мариинскую женскую гимназию всего на 14 часов».

Кондаков понимал, что впереди не только преподавательская работа в стенах учебного заведения, но и большая деятельность по просвещению народа. А это дело далеко не легкое!

В первый же день по прибытии в Уфу Вадим Александрович попал на заседание педагогического совета гимназии, где с радостью убедился, что перед ним сплоченный, образованный, влюбленный в свою профессию педагогический коллектив. Это — люди живой мысли, ищущие лучших путей преподавания. Он понял ошибочность своих представлений о захолустье. Не учел, что Уфа лежала на пути горемычных дорог царской ссылки. По Екатерининскому тракту шли этапы, и для многих Уфа была началом ссыльной жизни, а для некоторых — ее концом.

Ссыльные, несмотря на бдительный полицейский надзор, оказывали большое влияние на местное население^{9}. Интеллигенция Уфы в массе своей была революционно настроена.

Через несколько дней после приезда Кондаков писал жене: «Ты понимаешь, я приехал сюда убежденным педагогом, желающим работать, учить и воспитывать молодежь, и встретил такие благоприятные условия, которых никак не ожидал».

Работал Кондаков не только в женской гимназии, но и в городском реальном училище, в первой мужской гимназии.

Молодой учитель сразу расположил к себе учащихся. Об его уроках пишет бывший ученик: «Они были внешне и по содержанию блистательными. Он прекрасно использовал свои способности художника, сопровождая объяснение рисунками на классной доске и нередко цветными мелками. Мастерски хорошо демонстрировал приборы, образцы металлов, минералов и все, что приносил с собой для показа. Он всегда был со вкусом одет. Красивые движения, плавная выразительная речь располагали к нему»^{10}.

Вадим Александрович проводил со своими питомцами ботанические экскурсии в окрестностях реки Сим. Там, в березовой роще, встречались карстовые воронки, иные из них, заполненные водой, были превращены в небольшие озера.

Много лет спустя научный сотрудник кафедры лесоводства сельскохозяйственной академии имени К. А. Тимирязева В. С. Матвеев, выступая в Москве на совещании по изучению карста, с благодарностью вспоминал своего учителя В. А. Кондакова. Он же писал Вадиму Александровичу: «Интерес к вопросам краеведения, внушенный Вами в мои школьные годы, сказался ярко на моем жизненном пути».

Увлекательны были походы по историческим местам: курганам, городищам, развалинам крепости. Успешно работал краеведческий кружок. В местной газете появлялись статьи Кондакова по вопросам методики преподавания. В «Вестнике Оренбургского учебного округа» была напечатана его работа «К вопросу о поднятии интереса и самодеятельности среди учащихся».