Читаем Генерал Деникин полностью

Что несет России и всему миру победа? Разве это во имя величия России... разве для будущего справедливого и лучшего жития всех людей — эта победа? А не для выполнения дьявольского плана привития человечеству изуверской доктрины, которая пришла в голову одному маньяку, а воспользовался ею другой маньяк? Воспользовался для удовлетворения своего незаурядного честолюбия, своего чудовищного властолюбия и своей бесчеловечной природы. И все русское геройство, все невероятные жертвы — лишь дань этому Молоху, лишь часть этого страшного плана.

19 мая 1945 года

Вот мы и в Париже. Конец пятилетней ссылке, конец огородам, лесным прогулкам и общению с людьми маленькими, но непосредственными и настоящими. Много рук я пожала со слезами и с сознанием, что вряд ли еще их встречу...

Трудна была наша жизнь пять лет. Но я не жалею, и кусочек моей жизни, прошедший' в случайной глуши Франции, открыл мне больше ее лицо и ее душу со всеми недостатками и достоинствами, чем предыдущие 15 лет парижской жизни.

В Париже генерал Деникин неожиданно оказался между двух огней. Дело в том, что во время войны он переместил идеи своего предыдущего «двуединого» лозунга: «Свержение советской власти и защита России». Теперь Антон Иванович настаивал:

— Защита России и свержение большевиков!

Ему и раньше возражали, что одно в корне противоречит другому, что лишь интервенцией, «игом» можно справиться с большевистской «петлей». Деникин, отвергая и «иго», и «петлю», стоял на своем. А теперь, хотя и поменял «слагаемые», «сумма» у генерала не изменялась — такова логика, сама математика. Гитлеровское «иго» потерпело фиаско, ничего не удалось и РОД, и генералу Власову. Поэтому деникинские белогвардейские оппоненты недоумевали: к чему «защита» еще более окрепшего «победоносным большевизмом» СССР, то бишь России?

Был очевиден провал деникинской грезы и о «народном взрыве изнутри» страны, но Антон Иванович все же пытался агитировать за «свержение большевизма», ныне неведомо каким образом... Двумя огнями для Деникина оказались и белые антисоветчики, и просоветски настроившиеся эмигранты.

Многие русские за рубежом, впечатленные победой СССР над Германией, пошли на сближение с Советской властью. Среди этих людей оказался даже виднейший Милюков. Он стал считать, что «народ не только принял советский режим, но примирился с его недостатками и оценил его преимущества». Особенно возмутило Деникина милюковское утверждение: «Когда видишь достигнутую цель, лучше понимаешь и значение средств, которые привели к ней». Знаменитый кадет реабилитировал гнуснейший принцип — цель оправдывает средства.

Генерал сокрушался от «новой ереси», заявлений, что: «Октябрьская революция — органическая часть национальной истории», — а высказывающая их группа видных русских парижан как ни в чем не бывало приняла приглашение посетить советское посольство. С ними Деникину было никак не по пути, но и непоколебимых антибольшевиков он изумлял своими путаными высказываниями:

«Решительно ничто жизненным интересам России не угрожало бы, если бы правительство ее вело честную и действительно миролюбивую политику. Между тем, большевизм толкает все державы на край пропасти, и, схваченные наконец за горло, они подымутся против него. Вот тогда страна наша действительно станет перед небывалой еще в ее истории опасностью. Тогда заговорят все недруги и Советов, и России. Тогда со всех сторон начнутся посягательства на жизненные интересы России, на целостность и на само бытие ее.

Вот почему так важно, чтобы в подлинном противобольшевистском стане установить единомыслие в одном, по крайней мере, самом важном вопросе — защита России. Только тогда голос наш получит реальную возможность рассеивать эмигрантские наваждения — подкреплять внутри российские противобольшевистские силы и будить мировую совесть».

Это говорил человек, даже супруга которого восклицала, что «вампир высосал душу России». По Деникину же выходило: надо защищать се пустую «оболочку», и так ощетиненную вымуштрованной армией, где русский народ превратился в покорное советское население. Какую «мировую совесть» и как «будить», если американцы и англичане в Ялте со Сталиным уже сговорились отдать ему на расправу со своих территорий многие тысячи русских?

От Деникина отвернулись и былые соратники. Генералу перестали предоставлять свою печать, трибуну как просоветские, так и «реакционно» белые эмигранты. В Париже Антон Иванович стал совершенно одиозной фигурой. Поэтому уже привычно, как когда-то «обидевшись» и в Крыму, и в Константинополе, он решил перебираться из Франции.

Заехав в Англию, в ноябре 1945 года Деникин с Ксенией Васильевной отправились в США, а Марина с сыном Мишей остались во Франции.

Так человек-легенда генерал Деникин оказался в вынужденном теперь одиночестве. Почему? А дело в той «раздвоенности», по какой складывался гражданин и офицер Деникин.