Читаем Генерал Алексеев полностью

Вслед за транспортным кризисом Алексеев отмечал кризис ресурсов. Парадоксально, но, при наличии в Российской империи богатейших запасов полезных ископаемых, их добыча и переработка в условиях войны также оказались недостаточны для обеспечения военного производства и нужд фронта. Алексеев четко определял состояние отечественной промышленности, сравнивал ее с мировой экономикой и намечал перспективы развития: «В настоящее время ясно обозначился “металлический голод” на мировом рынке. Все без исключения работающие на оборону заводы испытывают нужду в металле, которого не хватает даже на текущую потребность. Кроме общих причин недостатка металла на мировом рынке, исключительной трудности доставки его в Архангельск и дальше по России, наступивший кризис объясняется неналаженностью добычи металла в России.

У нас неисчерпаемые богатства руды, угля и флюсов. Но вместо широкого развития добычи металлов, столь нам необходимых, в Донецком районе из 62 домен уже потушено 17, и, как оказывается, из-за того, что не могут подвезти угля, руды и флюсов, находящихся в том же районе, и получить несколько тысяч рабочих рук.

Министр торговли и промышленности заявил, что при теперешнем своем развитии промышленность, работающая на оборону, получит всего 50% потребного ей металла. При таком угрожающем, почти трагическом положении вопроса о металле, конечно, нельзя рассчитывать на увеличение подачи снарядов и патронов. По сообщению генерала Маниковского, Ижевский и патронные заводы “дорабатывают последние фунты инструментальной стали”, а капсюльные заводы не в состоянии получить необходимый металл для изготовления капсюлей к 3линейным патронам».

В отдельный пункт выделял Алексеев вопрос состояния рабочей силы на производстве: «Заводы, работающие на оборону, переживают тяжелый кризис с рабочими. Забастовочное движение непрерывно растет. По мнению военного министра, надежным средством против забастовок была бы милитаризация заводов, работающих на оборону. Но, кроме того, крайне необходимо устранить основную причину недовольства рабочих — обеспечить их дешевым питанием».

Не лучшим образом обстояло дело и с заграничными поставками боеприпасов и оборудования. Рассчитывать на их рост и объем не приходилось: «На предметы артиллерийского снабжения даны давно многочисленные заказы за границей, но серьезные затруднения с транспортом (ранняя и суровая зима в Белом море, запоздалая навигация) сильно задержали прибытие в Архангельск наших заграничных заказов, а часть из них погибла на минах. Неполучение по этим заказам заводского оборудования и крупных прессов отразилось значительными опозданиями сдачи заводами тяжелых снарядов. Усилить заказы за границей крайне трудно за недостатком валюты… все главные наши заказы не могут быть размещены из-за отсутствия кредита; не размещены заказы для усиления выхода взрывателей и крупных снарядов даже для казенных наших заводов».

Очевидным становилось необходимое поощрение собственной, отечественной промышленности, увеличение производительности труда: «При таких условиях все усилия должны быть направлены на развитие промышленной деятельности внутри нашей страны, не возлагая особых надежд на союзников», — писал он. Генерал предлагал: не строя иллюзий, сосредоточиться на главных, приоритетных направлениях, развития промышленности. А начинать, по его мнению, следовало с усиления государственного регулирования в экономике. Примечательно, что Алексеев пришел к выводам о целесообразности государственного планирования, высказывая определения, принципиально схожие с известным в будущем определением «государственно-монополистического капитализма», данным В.И. Лениным. И здесь, более чем где-либо, проявилась предрасположенность Алексеева к усилению в экономической политике диктаторских элементов.

«Многие меры приняты, — писал Михаил Васильевич, — производительность наших заводов по сравнению с прежней — до начала войны — сильно повысилась; Тульский оружейный завод вместо 700 пулеметов в год дает их 800 в месяц и дойдет до 1000; трубочные наши заводы вместо 40—50 тыс. в месяц дают теперь около 70 тыс. трубок в день; оружейные заводы вместо нескольких тысяч винтовок в месяц дают их ежемесячно до 110 тыс. и пр. С получением из-за границы дополнительного оборудования производительность должна еще возрасти. Главное артиллерийское управление строит 15 новых заводов, часть которых должна работать в этом году».

Помимо знаменитых трехлинеек Мосина Северный фронт получал также партии японских винтовок, а в частях Юго-Западного фронта использовались трофейные австрийские винтовки. Все немецкие винтовки и устаревшие берданки передавались в тыловые гарнизоны. Уделялось особое внимание использованию новых образцов техники. Так, в начале 1916 г. Наштаверхом были подписаны предписания о выделении значительных средств на производство и закупку бронеавтомобилей для фронта, а также «приборов для выбрасывания огневой струи» (огнеметов).