Читаем Гендерфлюид полностью

– Посол не принимает без предварительной записи, – бесстрастно сообщили мне. В нижней части окна с шорохом выдвинулся ящик. – Заполните анкету, вкратце опишите суть своего визита, оставьте свои контакты. С вами свяжутся после предварительного ознакомления, – динамик умолк.

Я с любопытством взял пять листков бумаги с отпечатанными вопросами. Бегло их просмотрев, я понял, что мой визит сюда был бессмысленным: помимо стандартного, типа ФИО и цели прихода в посольство, здесь была еще масса вопросов, касающихся родственников, их местожительства, социального статуса. Кроме того, надо было к анкете приложить заверенную нотариусом копию паспорта. Я не стал дочитывать четвертый и пятый лист, даже половины из прочитанного мне хватило, чтобы понять, что миссия невыполнима. Срок ожидания приема посла был месяц. Это если проверяющую сторону все устроит, и они соблаговолят спуститься к грешным, отвлекающим их от послеобеденной сиесты. Ручку я вернул в ящик.

Держа листки в руках, мы с Марией просто вышли на улицу. Спецназовец все также стоял по стойке смирно, на улице все также припекало солнце, а я все также находился в полной жопе.

– Девушки, подождите минуту, – из дверей проходной вышел молодой парень лет тридцати. Среднего роста, коротко стриженый, одетый в белую хлопковую рубашку и черные классические брюки. Он подошел к нам и широко улыбнулся, протягивая ко руку:

– Владимир, третий атташе посольства. Я случайно стал свидетелем вашего прихода. Вы быстро уходите, неужели наш сотрудник не смог дать вам полезную информацию? – Парень казался добродушным, искренним и очень человечным. Пожалуй, даже чересчур человечным и искренним.

«Безопасник», – мысленно сориентировался я, пожимая протянутую мне руку. Максимально мило улыбнувшись, ответил:

– Александра, а это моя подруга Мария, – и сразу, не давая вступить в разговор Марии, продолжил: – Мы слышали, что посольство часто принимает на работу русскоязычных, постоянно проживающих здесь, а именно сейчас Мария в поисках работы, вот мы и хотели встретиться с послом насчет работы. – Мария немного ошалела от сказанного мной, но, к ее чести, даже не моргнула и просто кивнула, подтверждая мои слова.

– Какими языками вы владеете? – теперь уже вопрос был прямо адресован Марии.

– Хорошо владею арабским, на разговорном уровне английским и начальный уровень турецкого, – четко ответила Мария, также послав улыбку Владимиру. Парень ей явно импонировал, это было видно по ее взгляду, и улыбка вышла весьма искренней.

– Так, девушки, посол не занимается наймом на работу, это прерогатива нашего отдела, – парень даже не заметил, как проговорился. – Если вы заинтересованы в работе, Мария, то заполните, пожалуйста, анкету, и вот вам моя визитка, – с этими словами он выудил визитку из кармана брюк, и протянул Марии. – Только позвоните мне перед тем, как сдадите анкету, мы с вами предварительно побеседуем, я вам подскажу моменты, на которые надо будет обратить внимание при собеседовании. А теперь, девушки, не позволите мне пригласить вас на чашечку кофе. В пяти минутах отсюда варят отличный турецкий кофе, – он замолчал, ожидая нашей реакции. Возможно, ему просто в данный момент было скучно, и он просто убивал время, а возможно, профессиональным чутьем заподозрил ложь и хотел разузнать побольше. Так как Мария молчала, ответить пришлось мне:

– С большим удовольствием, но мы уже обещали сегодня пообедать с моим парнем и его другом, они должны с нами встретиться буквально через пару минут в торговом центре за углом. Торговый центр был тот самый, что мы обследовали по дороге в посольство. На лице парня не отразилось ни малейшей досады, и он, снова пожелав нам удачи и крепко пожав обеим руки, вернулся на территорию посольства. Уходил он пружинящим шагом, напоминая хищника, готового к бою, и я еще раз убедился, что этот парень далеко не прост и уж точно не занимается подготовкой речей для посла или иной бумажной работой. Таких подготовленных и крепких ребят готовит обычно одно ведомство, с весьма своеобразной спецификой работы.

Мария обернулась ко мне:

– Слушай, а почему ты перевела стрелки на меня? Может, скажи мы ему все как есть, было бы лучше? Мне он показался милым и очень хорошим.

– Мария, это был фээсбэшник, а никакой не атташе. Его работа – разведка, вербовка, устранение опасности, угрожающей жизни посла и так далее, он нам не помощник. Быть милыми – их работа, они располагают к себе доверчивых людей и могут вытрясти всю информацию, не прибегая к методам физического воздействия. Конечно, им далеко до КГБ, державшего весь мир в напряжении, но поверь, Мария, и они не лыком шиты. – Она погрустнела и растеряла свою замечательную улыбку.