Читаем Газзаев полностью

По возвращении в команду Валерий Георгиевич по сути дела продолжил работу над претворением в жизнь тех же идей, которые он воплощал в ЦСКА в 2002–2003 годах. Модель игры, тактика действий его подопечных стали заметно разниться с тем, что мы видели в предшествующем сезоне, но они — газзаевские. Иначе и быть не могло. Во-первых, ЦСКА под руководством Газзаева постоянно прогрессировал, менял свой игровой почерк и ранее; другое дело, что многие упорно не желали этого замечать. А во-вторых, произошел профессиональный рост молодых футболистов — Алексея и Василия Березуцких, Игоря Акинфеева, усилили команду пришедшие в нее Сергей Игнашевич и Евгений Алдонин, наконец, в распоряжении Валерия Георгиевича появились такие уникальные исполнители, как Юрий Жирков, Даниэл Карвалью, Вагнер Лав. Качественные изменения состава позволили тренеру настроить игру команды на новую волну, в наибольшей степени созвучную с тенденциями современного футбола.

Интересно, что в отличие от некоторых известных журналистов многие армейские болельщики, с которыми приходилось беседовать, говорили о том, что они с самого начала восприняли команду Газзаева как живой организм с огромными потенциальными возможностями, находящийся в непрерывном развитии. На протяжении четырех последних лет ни одна игра армейцев не была похожа на предшествующую. Кстати, и нынешний оптимизм внушают им не последние достижения команды, а ощущение того, что ЦСКА образца 2005 года — это только промежуточная ступень на творческом пути Газзаева, прообраз его команды будущего. Той команды, которую он задумал и начал создавать еще на рубеже 2001–2002 годов, вдохновленный идеями и замыслами нового руководства армейского клуба.

У нас есть основания разделять именно такую точку зрения. Рассказывал как-то Валерий Георгиевич, что еще в молодые годы запал в его душу девиз, красовавшийся на стадионе «Динамо»: «Сила — в движении!» И действительно, помнят болельщики-ветераны, что футболист Газзаев играл так, словно своими действиями хотел проиллюстрировать жизненность этих слов.

Воспринятый им смысл динамовского девиза помогает нам понять и Газзаева-тренера, который находится в постоянном движении и поиске. Вектор этого движения не меняется — от одной победы к другой. Все остальное для него — вторично. «У меня те же амбиции игрока, — говорил он в одном из интервью поздней осенью 2005 года, — которые были в молодости, только теперь они реализуются в другом качестве. Заключаются они в постоянном стремлении к победам». Поступательность движения обеспечивается упорством, свойственным людям, сохраняющим и не разменивающим свою внутреннюю целостность.

В пятьдесят лет люди не меняются!

Хочется надеяться, что в ЦСКА Газзаев реализовал далеко не все свои замыслы, которые зрели и вынашивались на протяжении полутора десятилетий. При этом сохраняют свою ценность и многие из тех идей, которые Газзаеву не удалось довести до конца в период работы в сборной команде страны. Зря на его деятельности в сборной поспешили поставить крест, чтобы предать забвению. То, что это было сделано преждевременно, выяснилось, как мы уже упоминали, в марте 2005 года, когда Георгий Ярцев волей или неволей вернулся к той команде, основу которой Валерий Георгиевич создавал и наигрывал в 2002–2003 годах. Немного позднее на «газзаевские» истоки национальной сборной не раз указывал Юрий Семин.

Кстати, по мнению Юрия Павловича, тренерские взгляды Газзаева действительно претерпели существенную эволюцию. Но менялись они не сразу, а постепенно, вместе с теми качественными изменениями, которые происходили в футболе, вместе с ростом Валерия Георгиевича как специалиста, в результате творческого освоения тренером огромного практического опыта, настойчивой, кропотливой работы над собой, всестороннего самообразования. При этом, как считает Семин, достичь профессиональных высот он смог только благодаря колоссальному терпению и выдержке, что, на поверхностный взгляд, никак не вяжется с эмоциональной натурой нашего героя. Тем не менее именно эти, присущие Газзаеву качества помогли ему выстоять и сохранить верность своим убеждениям.

Миф о том, что Газзаев неузнаваемо изменился вдруг и сразу, понадобился тем, кто никак не хочет признать выдержавшую испытание временем правоту его тренерских концепций и принципиальных взглядов на развитие футбола, если хотите, его историческую правоту. Поэтому и не прекращаются попытки представить дело так, что якобы пересмотрел он свои убеждения за несколько месяцев вынужденной отставки. Все это рассчитано на очень наивных людей, далеких от футбола. Да и сами сочинители подобных мифов, конечно, не верят в то, что говорят. Но уж очень хочется им заретушировать свою непосредственную сопричастность к тем провалам, которые потерпел наш футбол на чемпионате Европы в Португалии и в отборочном цикле чемпионата мира. И естественно, хочется стать соавторами газзаевских побед, одержанных вопреки их недобрым пророчествам.