Читаем Гарри Поттер и прошлое будущего полностью

Зелёные глаза продолжали вглядываться в голубые, в которых теперь блестела влага. Наконец Гарри кивнул и забрал камень с палочкой, но затем покачал головой:

— Сэр, я верю, что сейчас вы говорите правду, но вы столько раз обманывали меня или направляли по ложному пути, что я не могу быть уверен. Вдруг вы пытаетесь убедить меня в своей честности, чтобы я потом слепо за вами последовал?

— Ты правда думаешь обо мне так плохо, что не доверяешь простому комплименту мудрости твоих слов? — спросил Дамблдор.

— Увы, да, — ответила Гермиона, — особенно с учётом того, как вы критиковали его за методы спасения людей, на которых напали Пожиратели, — она посмотрела на своего мужа, и они обменялись несколькими мысленными фразами. — И потом, совершенно очевидно, что вам нужно что-то от Гарри. Что-то, не связанное или лишь косвенно связанное с пророчеством; что-то, что вы от него утаиваете. Вполне возможно, вы делаете это, руководствуясь благими намерениями, но вы сами знаете, куда ведёт вымощенная ими дорога. И, гарантирую, я лично отправлю вас на эту дорогу, если Гарри умрёт из-за того, что вы не рассказали ему о чём-то важном.

— И люди ещё спрашивают, почему я отправила эту девушку на Гриффиндор, а не Когтевран... — пробормотала Распределяющая Шляпа.

— То же могу сказать и я, — негромко сказал Гарри. — Если вы утаиваете ЛЮБУЮ информацию, могущую привести к смерти либо травме Гермионы или наших друзей, я решу, что существуют два Тёмных Лорда, которых мне предназначено победить. Так что, мы можем воспользоваться вашим камином? — добавил он через пару секунд молчания. — Мадам Боунс говорила, что нашла шпиона в Отделе магического транспорта, и уже решила проблемы с безопасностью.

787/821

Дамблдор видел, какой решимостью горели глаза Поттеров, и знал, что, если они покинут его кабинет и потом узнают о последней критической детали, то он лишится даже шанса на их сотрудничество. А учитывая, как многие в последнее время следовали за ними, это могло привести к катастрофе. Тяжело вздохнув, он указал на стулья:

— Пожалуйста, сядьте обратно. Да, существует ещё кое-что, что вам стоит знать, но поймите: если я расскажу об этом вам, я, возможно, лишу нас серьёзного преимущества в битве против Волан-де-Морта, если дела пойдут плохо. А также, вероятно, причиню вам боль, которой пока что можно было избежать.

Гарри посмотрел на Гермиону:

— Неужели он наконец расскажет о том, что я — крестраж?

— А мы оставили ему выбор? — ответила Гермиона. — Но всё равно будь осторожен.

Прежде чем садиться, Гермиона подвинула стул в сторону и посоветовала Гарри сделать то же самое с другим стулом.

"Так ему будет труднее сглазить нас или стереть память," — пояснила она. Сев, они оба взяли в руки палочки.

Заметив это, Дамблдор снова вздохнул.

— Я не собираюсь вредить вам, правда. И, — он показал пустые руки, — у меня сейчас даже нет палочки.

— Ваши предыдущие действия либо бездействие не всегда соотносились с вашими словами, — заметила Гермиона. — И мы оба знаем, что вы способны на беспалочковую магию. Что до информации — мы всё же предпочтём знать о том, что касается нас, а не находиться в ситуации, когда незнание может привести к нашим смертям.

— Дело в том, что это и правда касается ваших смертей... точнее, Гарри.

Дамблдор надеялся встревожить подростков, но те просто продолжали смотреть на него. С таким расположением стульев ему приходилось переводить взгляд с Гарри на Гермиону и обратно, не имея возможность вернуть взгляд сразу обоим.

— Гарри, — наконец продолжил он, — ты задумывался о том, что является причиной твоей связи с Волан-де-Мортом? О том, как ты смог увидеть глазами Нагайны, когда она атаковала Артура Уизли? И о том, как Волан-де-Морт посылал тебе те образы?

— У нас с Гермионой есть догадка, — ответил Гарри. — но, пожалуйста, всё же просветите нас. Чтобы мы могли понять, ошибались или нет.

— Действительно? — спросил Дамблдор. — Расскажешь мне об этой догадке?

— Серьёзно, сэр? — хмыкнула Гермиона. — Это же крайне заезженный трюк.

— Трюк? — переспросил Гарри.

788/821

— Профессор Дамблдор пытается определить, что мы знаем, не раскрыв ничего из известного ему, или же ограничив то, что он будет вынужден сказать, — пояснила Гермиона. — Если мы ответим на этот вопрос, он сможет сказать, что знает только то же самое, а дополнительную информацию оставить при себе. Если же мы ошибёмся, он получит преимущество в разговоре.

Дамблдор снова вздохнул. Он действительно не раз использовал подобный трюк за свою долгую жизнь, но в этот раз задал вопрос непроизвольно, по привычке. Он не думал, что это может ещё сильнее отдалить Поттеров.