Воздействие его личности на зал было, казалось, сродни натянутой тетиве арбалета. Публика напряженно притихла. Гарри, сняв пиджак, остался в серой безрукавке и полосатых брюках своей обычной одежде для дневных спектаклей. Облаченные в ливреи ассистенты принялись натягивать на него смирительную рубашку. Это были верный Куколь и маленький подвижный лондонец по имени Джим Викери. Кое-кто из вышедших на сцену зрителей был в дружбе с Королем освобождения. Им надлежало сделать все, чтобы какой-нибудь «чересчур глазастый» зритель не испортил представление.

Длинные волосы Гудини развевались, он метался то в одну сторону, то в другую, раскачивался, сгибался пополам, упираясь локтями в колени, чтобы ослабить рубашку и, подняв руки над головой, дотянуться до пряжки зубами. Публика сидела молча, потрясенная. Когда Гарри сорвал с себя смирительную рубашку и швырнул ее за кулисы, зал взорвался восторженными рукоплесканиями.

Пока Гудини бился с рубашкой, на сцене собрались люди с наручниками. Куколь, стоял возле лестницы, очевидно, помогая джентльменам подняться. На самом деле он внимательно приглядывался к ним. Большинство из них были спокойные, благовоспитанные с виду мужчины, которых выбирали из толпы перед представлением. Один из людей Гудини спокойно подошел к ним перед спектаклем и предложил каждому подняться с наручниками на сцену. Если выходил кто-либо другой, человек, которого не ждали, Гарри немедленно получал предупреждение.

«Эксперты» сидели на стульях слева и справа от центра сцены. Первых четверых или пятерых наняли; они должны были надеть на Гудини его собственные наручники или кандалы. С пятью парами наручников Гарри были не страшны оковы любого вида, надетые человеком со стороны, — будь то наручники с секретом, старинной конструкции или приготовленные специально. Когда свободны предплечья, достаточно напрячь мышцы, чтобы наручники нельзя было застегнуть достаточно туго, и Гарри мог попросту стряхнуть их, освободившись сначала от «своих». Если незнакомые наручники немного повредят кожу и выступит кровь — тем лучше.

Иногда какой-нибудь изобретатель или механик делал специальную пару наручников с секретом, и, когда такая пара выносилась на сцену, Гудини освобождался от нее по собственной методе. Первым делом он с обаятельнейшей улыбкой хвалил изобретателя, а потом обращался к залу со словами: «Дамы и господа, вот пара наручников, подобных которым я никогда прежде не видел. Их изобрел вот этот господин. Я попытаюсь освободиться от этих наручников, которые, между прочим, устроены хитроумнее всех, какие я когда-либо видел. Это будет вечером в четверг, сейчас же я приглашаю вас понаблюдать за моей борьбой с наручниками».

Это было не только надежное средство заставить многих зрителей прийти на представление вторично, но и способ хорошенько изучить наручники, подготовиться к любым сложностям. Надо сказать, что в Соединенных Штатах, в отличие от Англии и Германии, изобретателей наручников было немного.

У какого-нибудь недоброжелателя из публики было множество возможностей насолить Королю наручников. Но Гудини знал все подвохи. Обычно замки наручников забивались дробью или заполнялись водой. Тогда они ржавели, и их уже невозможно было открыть. Но Гудини предусмотрительно требовал, чтобы наручники всегда были в хорошем состоянии.

Иногда надо было принимать дополнительные меры предосторожности.

Когда какой-нибудь незнакомец выходил на сцену и громко заявлял, что Гудини пользуется обманными трюками, его ждала стандартная процедура. Один из ассистентов зазывал скептика за кулисы, там его обступали другие и вежливо, но настойчиво предлагали покинуть театр через служебный выход. Если зритель упирался, его тихонечко «успокаивали» и оставляли лежать в какой-нибудь темной аллее.

Тюремные камеры и ледяная вода

«Федеральная тюрьма США, Вашингтон, 6 января 1906 года. Настоящим удостоверяется, что господин Гарри Гудини был раздет донага, осмотрен и помещен в камеру 2 в южном крыле. В ней в свое время содержался убийца президента Гарфилда[1].

Примерно за две минуты господин Гудини сумел совершить побег из этой камеры и войти в ту камеру, где была заперта его одежда. Затем он освободил из камер всех заключенных с первого этажа. На все это, включая одевание, господину Гудини понадобилась 21 минута».

Во всех городах, где Гарри выходил из тюрьмы, он брал такие справки. «Вашингтон пост» от 7 января 1906 года подробно рассказала об этом трюке и предложила собственную версию событий. Газета писала:

«Все эти камеры выложены кирпичом, их двери утоплены на девяносто сантиметров в стену. В закрытом состоянии на стене со стороны коридора появляется рычаг, который при повороте вправо освобождает стальной засов, а тот приводит в определенное состояние пружину замка. Остается только открыть замки ключом, сделав не менее пяти оборотов. Все двери в коридоре открываются одним ключом».