Читаем Гарпия с пропеллером полностью

– Всю жизнь сидела на строгой диете, боюсь на лишний кусок даже посмотреть. Впрочем, похоже, вы тоже не из тех, кто лопает макароны с хлебом.

– Мне просто повезло, ем все и не поправляюсь!

– Лучше никому не рассказывайте об этом, – вздохнула Ася, – от зависти почернеют. И пирожные можно?

– Запросто.

– М-м-м, – застонала хозяйка, – молчите! Как я люблю все жареное, мучное, сладкое, жирное… Ладно, пошли чай пить. У нас кухарка делает совершенно потрясающие пирожки.

– В супермаркетах, которыми владеет ваш муж, тоже пекут вкусные плюшки из слоеного теста, – проявила я любезность.

Ася скривилась:

– Фу! Жуткая гадость! Даже не пробуйте! Сплошные консерванты, и хороши они только в горячем виде. Чуть остынут, и в рот не взять.

Честно говоря, в душе я была с ней согласна.

Пирожки, которые подали к кофе, не шли ни в какое сравнение с выпечкой из замороженного теста. Пожалуй, даже наша Катерина не способна испечь такую вкуснятину. Слопав четыре штуки, я вздохнула:

– Все. Глаза едят, а желудок полон. Наверное, я кажусь вам обжорой.

Ася улыбнулась:

– Нет, просто все, кто пробует эти пироги, не могут остановиться. Давайте покурим?

Я окончательно расслабилась. Что может быть лучше хорошей сигареты после обеда? Но мне частенько приходится отказывать себе в удовольствии. Стоит лишь вытащить пачку, как Маруська начинает демонстративно громко кашлять, а Зайка и Аркадий единодушно восклицают: «Ступай немедленно в сад!»

И приходится брести на улицу или забиваться в каморку под лестницей.

Несколько секунд я молча наслаждалась сигаретой, потом сказала:

– Не удивляйтесь странному вопросу. Вы знали женщину по имени Милена Титаренко?

Ася резко встала, от ее приветливой улыбки не осталось и следа.

– Зачем она вам?

Я обрадовалась:

– Вы были знакомы? Честно говоря, я думала, что Милена соврала, слышала где-то ваше имя и просто сболтнула.

– У меня нет никакого желания говорить об этой особе! – отрезала Ася.

На шее у нее мелко-мелко запульсировала вена, лицо внезапно потеряло свежий вид, и стало понятно, что даме хорошо за тридцать, если не за сорок.

– Мы с мужем очень благодарны Аркадию Константиновичу, – суровым голосом отчеканила Ася, – он вытащил из большой беды нашего сына. Лично вы, Даша, очень мне симпатичны, я готова дружить домами, ходить вместе в театр, ездить на пикники… Но о госпоже Титаренко говорить не стану! Хоть режьте!

Я повертела в руках пустую чашку.

– Можно поведать вам одну историю?

– Извольте, – церемонно ответила Ася.

Пока я рассказывала о том, что стряслось с Олегом и Леной Гладышевыми, хозяйка безостановочно дымила. Ася любила крепкие сигареты, и у меня в конце концов защипало в носу и заслезились глаза. Когда поток информации иссяк, Строкова вздохнула.

– Бедная женщина и несчастный ребенок! Кстати, ваша подруга лежит в больнице?

Я кивнула:

– Да, более того, она по-прежнему без сознания. Врачи только разводят руками, говорят, что последствия черепно-мозговой травмы трудно прогнозируются. Она может пройти без следа, а может…

Ася снова тяжело вздохнула:

– А где мальчик, ее сын?

– Его взяла к себе Галя Носова, ее соседка, – пояснила я, – она живет в том же доме, что и Ленка, только в другом подъезде. Лена работает в журнале, сами понимаете, занятие журналистикой не для одинокой матери, командировки, ненормированный рабочий день… Но там хорошо платят, а после смерти Олега Лена осталась практически без средств, вот и предложила Гале: та присматривает за Алешкой, а моя подруга ей платит. Лена не раз говорила, как ей повезло с соседкой: аккуратная, спокойная, по образованию учительница. Сегодня, поближе к вечеру, я поеду к Носовой и заплачу ей. Пока Лена в больнице, мой долг помогать ей!

– Долг платежом опасен, – пробормотала Ася, щелкая зажигалкой.

– Как? – не поняла я.

– Долг платежом опасен, – повторила хозяйка, втягивая едкий дым, – это мой муж Никита перефразировал таким образом пословицу: «Долг платежом красен».

– Знаю, – кивнула я, – а при чем тут опасность? И потом, я понимаю долг широко, не только как своевременное возвращение взятых у кого-то денег. Я должна заботиться об Алеше. Лена – моя близкая подруга, правда, встречались мы не очень часто, но это ни о чем не говорит. Вы предлагаете бросить мальчика? Не платить его няне? Но даже если бы я испытывала финансовые затруднения, все равно бы наскребла денег и отдала Галине! Сначала, правда, я хотела взять Алешку к нам, но потом решила, что лучше не вырывать мальчика из обычной обстановки. Он привык к тому, что мама, уезжая в командировки, оставляет его у тети Гали, и сейчас считает, что она в отъезде. Сами понимаете, никто не стал вводить ребенка в курс дела.

– Что же вы предпримете, если Лена скончается? – неожиданно спросила Ася. – Куда денете ребенка? В детдом сдадите?

Я возмутилась:

– Нет, конечно, тогда я усыновлю его. Только я абсолютно уверена, Ленка выживет, и Олег найдется, если вы поможете мне выйти на след Милены.

Ася стала складывать из салфетки кораблик. Но мягкая бумага не слушалась и мгновенно теряла форму.