Читаем Ганнибал полностью

Это высказывание Полибия дает некоторые основания предполагать, что проримская ориентация Гиерона II не была искренней и что, в сущности, Гелон, а за ним и Гиероним пытались осуществить на практике тайные замыслы Гиерона [см.: С. Я. Лурье, Архимед, М.—Л., 1945, стр. 214—215], политика которого носила будто бы последовательно прокарфагенский характер, несмотря на его дружественные жесты в сторону Рима. С. Я. Лурье ссылается, правда неопределенно, на труды Т. Леншау, в которых, по его словам, раскрыто это направление политики Гиерона II. Не знаем, какую именно работу Т. Леншау С. Я. Лурье имел в виду. В статье, специально посвященной Гиерону II [Lenschau, Hieron II, P.—W. RE, Halbbd. 16, Sp. 1503—1511], Леншау отмечает желание сиракузского царя поддерживать хорошие отношения со всеми государствами, в том числе с обеими противоборствующими сторонами, а во время войны его безусловный союз с Римом. Нам неизвестны действия Гиерона II, которые носили бы явно антиримский характер. Строительство военных машин в Сиракузах под руководством Архимеда могло быть направлено и против Баркидов, в случае победы которых возвращение карфагенян в Сицилию и возобновление их борьбы с Сиракузами было бы лишь вопросом времени. Вероятнее всего, орудия Архимеда предназначались для обороны от любого врага, который бы посягнул на независимость Сиракуз. Единственное косвенное доказательство в пользу тезиса С. Я. Лурье — это характеристика Гелона у Полибия. Однако не вполне ясно, насколько Полибий был осведомлен о подлинных взаимоотношениях Гиерона и Гелона. Напомним в этой связи еще раз о таинственной гибели.

122

Ср.: С. Я. Лурье, Архимед, стр. 179—182.

123

Ср.: W. Hoffmann, Hannibal und Sizilien, Hermes, Bd 29, 1961, стр. 478—494. Концепция Т. Моммзена, который считал, что в первоначальный план Ганнибала не входило намерение вести войну в Сицилии и что борьба там разгорелась до некоторой степени случайно, а главным образом из-за ребяческого тщеславия Гиеронима [Т. Моммзен. История Рима, т. I, стр. 584], вряд ли соответствует действительному положению вещей. Иначе и, по-видимому, более достоверно оценивает ситуацию Ст. Гзелль [St. Gsеll, HAAN, IV, стр. 164—165), который думает, что Ганнибал благосклонно. относился к ведению военных действий в Сицилии, не желая оставлять в римских руках и Сицилию и Сардинию. Однако, по мнению Гзелля, армии, погибшие в Сардинии и Сицилии, могли бы быть лучше использованы в Италии, где разыгрывались решающие бои.

124

Остров Ортигия, Ахрадина, Тиха — городские районы Сиракуз.

125

С. Я. Лурье, Архимед.

126

Ср. также у Фронтина [3, 3, 6], где, однако, предателем назван Кононей.

127

О захвате Ганнибалом Тарента см. также у Полибия [8, 26—36] — традиция, в общем точно совпадающая с рассказом Ливия. Аппиан [Ганниб., 32—34] вместо Филемена называет Кононея организатором сдачи Тарента, не упоминая других участников заговора. В его изображении, взятие города связано только с действиями Кононея.

128

По другим версиям, которые также приводит Ливий [26, 17], Гракх погиб случайно, столкнувшись с пунийцами то ли при купании, то ли во время жертвоприношений.

129

Ср., однако: С. Я. Лурье, Архимед, стр. 228—230.

130

Там же, стр. 230.

131

У. Карштедт [О. Мeltzer, GK, III, стр. 484, прим. 1] считает, что в рассказе Ливия об экспедиции Т. Отацилия в Африку за несколько дней до взятия Сиракуз нет ни слова истины. Если бы, замечает он, в Лилибее стоял римский флот из 80 квинкверем, Марцеллу не нужно было бы опасаться численного превосходства флотилии Бомилькара. Однако это предположение само по себе не опровергает римской традиции: о том, что у берегов Сицилии действовала как самостоятельная боевая единица римская флотилия, которою. командовал Т. Отацилий, хорошо известно. Судя по тому, что Отацилий еще прежде совершил набег на африканское побережье, можно думать, что его морской отряд имел специальное поручение такого рода и должен был действовать вне зависимости от развития событий у Сиракуз. К тому же обстановка под Сиракузами складывалась для римлян благополучно.

132

Сказанное едва ли означает, однако, что рассказ о поражении, нанесенном Гасдрубалу сыну Гисгона,— анналистическая фикция, которая должна была уравновесить впечатление от поражения обоих Сципионов [Н. Н. Scullard, Scipio Africanus in the Second Punic War, Cambridge, 1930, стр. 53]. Тот факт, что римляне могли сохранить свой плацдарм в Испании, свидетельствует о достоверности Ливиевой традиции.

133

В рассказе Полибия [9, 6—7] говорится о том, что римляне вообще не уходили от Капуи; однако в связи с этим решением Полибий называет только Аппия Клавдия и ничего не говорит о Фульвии, что само по себе делает его сведения подозрительными. Э. Пайс [Е. Рais, Storia di Roma durante le guerre Puniche, vol. I, cip. 292] принимает рассказ Ливия о движении Фульвия. Отвергает эту традицию Дж. Босси [G. Воssi, La guerra.., стр. 133—138]. Он полагает, что источники смешали Фульвия Флакка и Фульвия Центимала.

134