Читаем Гамбит предателя полностью

– Есть. Но мы, как правило, обходимся одним.

– В моем случае Таламон настоял, чтобы на меня надели два браслета.

– Но он там, в башне. Все равно никто не узнает.

– Нет, – отвечаю я твердым голосом. – Я и так на особом счету у совета, и не хотелось бы давать им лишний повод…

– Ну хорошо. Но по правилам я должен надеть один. – Едва ли мне удалось убедить его в чистоте намерений. Все-таки одним знакомством не вытравить заложенные в юстициаров правила.

Палладий – металл, блокирующий магические способности при прикосновении, а в определенных обстоятельствах – даже при нахождении рядом. Клинки юстициаров также частично покрыты палладием. Я молча протягиваю руку, замок защелкивается, слегка сжимая запястье. Ключ остается здесь, в Арзамасе. Еще одна мера предосторожности на случай, если маг каким-то образом сможет убить юстициара или сбежать, но все равно не сумеет отпереть кандалы, и браслет рано или поздно высосет всю колдовскую мощь, да и жизненную силу из владельца. На первом курсе нам показывали изображение мага, сбежавшего с браслетом. Уродливая высушенная мумия. Несколько учеников опустошили свой желудок прямо в лекционном зале.

Люций подал знак, и его напарник взялся за рычаги массивной лебедки, напоминающей штурвал корабля. Кованая решетка мучительно медленно поднималась, открывая мне путь на волю.

Итак, осталась финальная часть побега. Обезвредить юстициара и пересечь пролив до Белого Пирса. Идея была по-детски простая. Поймать момент, когда Люций на мгновение отведет взгляд, и нанести подлый удар по затылку. Вот чего я не предвидел – что мой конвоир не будет идти рядом, а вместо этого, словно надзиратель, будет шагать за мной, причем на расстоянии трех шагов. Такая расстановка связывала руки, и я злился на самого себя, что не предвидел столь очевидный нюанс. Видимо, победа была так близка, что к планированию финальной части отнесся халатно, уже празднуя предстоящий успех.

Думать. Если вскрою замок, он едва ли это заметит. Тогда после преодоления антимагического барьера я смогу поразить его заклятием. Но прошел ли он мелоновую обработку и получил ли дополнительное сопротивление от магии? Эти знания юстициары держат в секрете, но если он прошел и имеет повышенную защиту, то едва ли я смогу причинить ему серьезный ущерб. Даже для могучего стихийного мага это не простая задача, а уж для меня и вовсе невыполнимая.

Можно направить силу вовнутрь и постараться сократить расстояние неожиданным рывком, но нет гарантии, что он не успеет обнажить меч. Отвлечь его беседой? Дурацкая идея, он лишь насторожится еще сильнее.

Кроме того, у меня не было желания убивать Люция. Однако, с другой стороны, я подпишу ему приговор своим побегом, ведь именно он частично будет ответственен и виновен. В лучшем случае его исключат из ордена, в худшем – признают сообщником. А учитывая характеры коменданта и членов совета магов, можно не сомневаться, что все камни упадут на голову Люция. Их самомнение просто не позволит признать, что ученик провернул подобную аферу у них под носом, и свалят все на оказавшегося не в то время и не в том месте юного стража.

За поворотом уже показались небольшая хижина, узкий причал и пришвартованный к нему маленький ботик. К моей радости, маги используют для доставок корабль, которым может управлять и один человек. На крыльце сидит седоватый мужик и перевязывает канатные узлы. Неужели это тот же человек, что шесть лет назад доставил меня в Арзамас? Я плохо помнил те дни, но если это действительно он, то кое-что из его личных вещей может мне пригодиться.

Мы поднимаемся на борт по тоненькому трапу. Длина корабля едва превышает девять шагов. Единственную мачту украшает огромный косой парус. В центре имеются четыре места для гребцов. Ботик более походил на большую рыбацкую лодку, нежели на настоящий корабль. Тем не менее он позволял перевозить достаточно тяжелые грузы, а главное, для него не требовалась большая команда, ведь Арзамас закрыт от остального мира: чем меньше людей, тем для магов лучше.

Матрос не произнес ни слова, как и в прошлый раз. Возможно, он и вовсе немой, магам бы это понравилось – идеальный вариант. Он отвязывает швартовый, поднимает паруса и встает за рулевое весло, указывая Люцию на лежащие вдоль палубы весла для гребли. Сердце забилось чаще, я понял, что это мой, возможно, последний шанс. Я проскользнул мимо юстициара, чтобы взять весло первым, и сделал вид, что направился к скамье.

Люций наклонился за веслом, и в этот момент я резко нанес ему удар с полуоборота прямо по голове. В следующий миг я бросился на матроса, перехватывая весло посередине. Тот уже вытаскивал абордажный фальшион из поясных ножен. Я с ходу ударил слева, метя в шею. Удар был заблокирован, но именно этого я и ожидал, потому не вложил в него силу. Это позволило провести симметричное движение другим концом весла. Мощное попадание в правую щеку – и мужчина рухнул на палубу.